Королевство Мертвых Душ. Цикл книг «Сказания о Святых Девах Лаверии и Рыцаре Света». Том II

Но и тех и других рано или поздно ожидает одно – полное разочарование, – печально завела разговор женщина.

«Вот, к примеру, Вы – беглецы из Города Отверженных, небось всю свою жизнь мечтали покинуть сей град…

А мы, высокородные Господа – мечтаем остаться хотя бы на мгновение наедине с самим собой».

Понимая, что Хозяюшка не так проста, как показалась ему на первый взгляд, Сажен врос в стул. Тон её голоса был очень загадочным, лицо оставалось невозмутимым, а познания их истинного происхождения – не вселяли надежд на благоприятный исход встречи.

– Госпожа! – вскочил с места паренек, решил не доводить до греха. – Прошу Вас не сдавайте девчат! Они всю свою жизнь боролись с такими ужасами, что и словами не передать. Умоляю Вас – не лишайте их последней Надежды, – упал он лицом в пол, готовый хоть всю ночь молить о помиловании для друзей.

– Последней Надежды?! Некогда, и я теплилась подобной… Но… – чуть слышно прошептала Агнесса. – Ох, Господин… Не понимаю я вас… Спасти их, чтобы после вновь обречь на смерть.

Повернувшись на юнца, по-прежнему не подымающего лба от холодного пола, женщина смилостивилась.

– Хорошо… Раз ты сам готов «просунуть голову в петлю» – так тому и быть, – подошла она ближе к парню, который вызывал у неё противоречивые чувства. – Сажен…

– Да, Моя Госпожа, – отозвался парень.

– Встань и выпей вот этот напиток!

– Какой?! – поднял он голову и только сейчас увидел, что на столике, что до сего момента был пуст – находился костяной кубок с некой дымящейся в ней мутной водицей.

– А разве это имеет значение?! Ради спасения друзей ты готов на всё – твои слова?! Так докажи это – выпей всё до капельки!

– Но… – запнулся заложник обстоятельств, понимая, что, сделав что велят – обратной дороги больше не будет.

– Или это был лишь пустой треп?!

– Нет! Это истинная правда! Я готов! – закричал в голос Сажен.

Резко схватив кубок в руки, он преподнёс его ко рту. В нос тут же ударило едкое удушающее зловоние, исходившее от «напитка».

– Чудно-о-о, – прошипел где-то совсем рядышком чей-то ехидный голосок.

Не успел горемыка осознать опрометчивость своего поступка, как всё тело сковала невиданная по силе боль, как если в него одновременно вонзили тысячу клинков от ушей до пят. Выронив из рук кубок, тот упал на холодный каменный пол и с глухим хлопком разлетелся на мириады кусочков.