Избранник Судьбы. Цикл книг: «Эйриния». Серия: «Марк и Афин». Том IV

Всё тело Скорписа покрыто крепким, на вид отполированным до блеска, сверкающим на солнце хитиновым панцирем, превосходившим прочностью любую броню известную во всей Эйринии. На брюшной стороне туловища, которое было словно монолитная скала, крепились пять пар конечностей.

Передняя пара была более крупной. Их венчали мощные клешни, способные смыкаться. Ими Существа и «заключали» в свои смертельные объятия жертву.

Напоминающие копья, четыре остальные – служили для передвижения. Они состояли из пяти сочлененных фаланг.

При желании Невидаль могло отрывать заднюю часть туловища с хвостом на довольно высокий уровень от земли, для того чтобы лучше прицелиться перед нанесением смертельного удара жалом.

На передней стороне головогруди располагались две пары глаз, разных по размеру. От того обзор у этих Существ был куда шире, чем у жителей Эйринии. Что делало его крайне опасным и подобраться к Скорпису незаметным было просто невозможно.

Ниже уровня глаз находился ротовой проход, имеющий сверху пару небольших клешней, которыми они проталкивали пищу дальше в рот. Из него торчали целый ряд подобия зубов – резцов, которыми Невидаль и перемалывала добычу.

Услышав шум, самая крупная из Скорписов, резко обернулась на Марка. Она имела чисто черный цвет и превосходила размерами раза в два группу своих сородичей темно-коричневого окраса. От столь «неприятной встречи» у мальчика в глазах всё потемнело.

Явно выжидая, когда тот кинется наутек, Существо замерло. Но вместо этого мышонок, чувствуя на себе жадный голодный взгляд, из последних сил поднялся с земли.

– Ты наверняка ждешь, что я побегу при виде эдакого Чудища?! – выдавил из себя мальчик, не своим, крайне сдавленным и сиплым голоском. – И тебе… Будет легче нагнать меня и растоптать…

С этими словами, паренек принялся передвигать одну за другой ноги вперед, еле держась, чтобы не упасть.

– Но… Как говорит мой друг и брат: «В подобных ситуациях, нужно поступать так, как от тебя этого не ожидают».

На столь наглые речи крохотной «блохи», прозвучавшие как вызов, самая крупная из трех Скорписов стала медленно надвигаться на него, играя клешнями и раскачивая кончиком хвоста у себя над головой.

– Леячка! – сорвался с уст Марка глухой писк, когда сквозь стройные ряды копьеподобных клешней, он увидел мышку.