Избранник Судьбы. Цикл книг: «Эйриния». Серия: «Марк и Афин». Том IV

Обладают большими карими глазками, маленькими носиками, острыми ушками, румяными щечками, в обрамлении пушистых, непричесанных волос до плеч, что развивались на ветру, словно одуванчики.

Старшая сестра чуть темнее с красноватым оттенком, а младшая с более нежным молочным отблеском. Пусть и считают себя «Убийцами Высшего Разряда», но на самом деле очень безобидные и милые песчанки.

Девчата были укутаны в подобие накидок, совсем недавно являющимся единым плащом Советника Пира. Понимая, что им он нужнее, старик поделился своим одеянием, когда удалился вперед, желая заблаговременно предупредить жителей Акаптхи о прибытии Гостей.

Совсем недавно, «по единогласному решению» Афина, песчанки оказались вовлечены в «игры» мальчишек. С тех пор они именовали себя Мурзателоохранительницами. Для которых Высшей Целью стала «охрана» Марка от всех угроз Внешнего Мира.

Вооружены они были короткими клинками, по паре на каждую, что размещались за спинами мышек в специальных ножнах, и крепились на ремешках через плечи. Рукояти плотно входили в них, и также оставались почти незаметными с первого взгляда.

– Нали, я же по глазам вижу, тебе страсть как хочется, чтоб наш Бывший Мурза взял и тебя на ручки?! – хитро проговорил Афин.

Он уже давно приметил, что мышки, всегда готовые пойти на риск, самоотверженно выполняющие порученные им задания, сейчас были на пределе своих сил, и еле поспевали за задающим темп Айжаном.

– Хм. Вот еще, придумал! – повела носиком старшая мышка от сестры.

Тем временем Лима, пребывая в полудреме, лежала у Марка на ручках, а её голова покоилась у него на плече.

– А-а-а?! О чем это вы? – поймал на себе пристальный взгляд не одной девушки Бывший Заморский Принц, мало что сейчас соображая.

С лица мальчика еще не до конца сошли следы от укусов диких пчел, поэтому он не мог заметить деталей их непростых «отношений» с песчанками.

– Не строй из себя незнайку, брат! Вывихнутая ножка малышки лишь предлог, чтобы покрасоваться перед нами, – упрекнул его друг, потихоньку приходя в себя.

При этом он не спешил сойти с носилок, которые несли – шедший впереди и бубнивший себе под нос Айжан и хранивший гробовое молчание его закадычный друг Данис.