Бессарийский Принц. Цикл книг: «Эйриния». Серия: «Марк и Афин». Том III

– Амиратет, как только заберем наш Бесценный Груз, сразу веди судно к реке Сира. Остальное предоставим Госпоже Зариме…

– Как пожелаете, Майрин Анис, – склонил перед ним голову слуга – нежно-серого окраса мышонок, чуть ниже ростом своего Господина.

В его светло-карих глазах читалось дальновидность и преданность – черты, явно обошедшие стороной его юного Хозяина.

Как только судно с белыми парусами сравнялось с Гостями Вольного моря, Анис, не дожидаясь пока между ними перебросят трап, лихо перепрыгнул со своего на корабль «Отчаянный».

– Фу-у-у, как же здесь мерзко пахнет трюмными крысами, – громко огласил своё прибытие парень, обращаясь к своему слуге, последовавшему за Господином.

– Капитан, позвольте… – прорычал Зеб, до слуха которого долетели дерзкие речи наглого крысенка.

Непрошенный Гость явно нисколько не беспокоился, что его слова могут быть услышанными, если не сказать более – он явно желал этого.

– Не дури! Только взгляни на его наряд, он явно из знати, – остановил Арад штурмана.

– С каких это пор нашего бравого капитана заботят какие-то там титулы и положение?! – прорычал Анум, также находившийся на мостике.

– Они не к нам прибыли… Так пусть забирают зачем приплыли, и убираются поскорее! Не будем им мешать, – ответил им сдержанно мудрый моряк, а сам, сжимал посильнее кулаки.

Как и все, прикусив язык, он принялся безо всякого интереса наблюдать за Гостем, облаченным в шикарные шаровары цвета ясного неба, сапоги из плотной ткани, доходившие до колен и в свободного покроя белую рубаху.

Поверх верхней рубахи – канди, на плечах красовался кафтан. Он спадал до колен, а его рукава достигали локтей. Венчала подобный наряд знатного юноши чуть изогнутая сабля, что покоилась в богато украшенных ножнах на поясе.

Поймав на себе пристальные взгляды здешних «обитателей», этот слащавый крысенок брезгливо осмотрелся. Затем, даже не приметив мышат, лежавших в полубреду у мачты, он переступил через них, словно через букашек.

В эту самую минуту, услышав шаги на палубе, из неё выскочил Лесандри, уже успевший собрать все свои вещи.

– Прошу прощения, что заставил поволноваться за нас, – кинулся он к пареньку и обнял, как собственного сына.

– Лесандри… дядя, – разжал его объятия Анис, представ перед картографом из Алимантэи в полном своем великолепии.