Бессарийский Принц. Цикл книг: «Эйриния». Серия: «Марк и Афин». Том III

Но новая преграда «выросла» на его пути в лице первого помощника капитана – трехцветной, плотного телосложения мыши, бело-черно-рыжего окраса. На боцмане красовалась изрядно потрепанная рубаха, вся в заплатках и штаны, оборванные до уровня колен.

Компанию Ануму охотно составил штурман Зеб, у которого руки так и чесались проучить непослушных мальчишек.

– Да чтобы я не придумал, вам всё будет всласть, – прищурил глаза Арад, чуть обернувшись на моряков.

Те, без лишних слов поняв его намек, расступились перед мышонком.

– Здесь нужно как следует поду-у-у-мать… – призадумался мудрый крыс, провожая взглядом юного плотника, метнувшегося в трюм.

Уже спустя пару песчинок, мальчик осторожно спускался по ступеням вниз, дабы не спугнуть обладательницу золотистых вьющихся волос до лопаток, которая скрылась в самом дальнем углу трюма.

– Батисия, я… – тихо прошептал Марк, пересилив свой страх и стыд.

– Поди прочь! – прохрипела девушка в ответ.

Паренек тут же замер, так как в её голосе слышалась горечь обиды.

– Но я…

– Прочь, я сказала! Оставь меня одну! – проскрипела сквозь слезы мышка, не показываясь.

– Хорошо, я оставлю тебя… Но прошу, скажи, как мне загладить свою вину?! Я здесь по просьбе Афина. Он… он… Очень беспокоится о тебе, как и я… – прошептал тихо гость трюма, но ответа не последовало.

«Прости, ты не желаешь отвечать… И я прекрасно тебя понимаю.

Сам до жути напуган. Только представь – находиться во власти гнева и ярости, сгорать от желания пролить кровь…

Осознавать, что тот путь – убийственный, и тем не менее, не находить в себе силы, остановиться… Я был на грани…

И я лишь хотел сказать – спасибо, что не отвернулись от меня… Я… я… не достоин таких друзей, как ты».

Крайне прочувствованно проговорил последние слова мальчик и хотел удалиться прочь, но голос Батисии остановил его.

– Постой, Марк! – выскочила она из-за ящиков, утирая слезы. – Ты здесь вовсе не виноват…

– Будь это была правда – ты бы не избегала нас с Афином, – виновато говорил мышонок, опуская глаза.

Не оборачиваясь на неё, он встал к ней спиной и лицом к выходу.

– Но… но… Ведь это ты сейчас избегаешь моего взгляда, – подметила девушка.

– Мне стыдно, за всё в чем я повинен… А ведь я даже не смог попросить прощения у Овина, Рины, Леони… И уж тем более – Приски… Что ж я за мышь такая, что даже моя собственная Жизнь мне не принадлежит?! – с горечи выпалил страдалец, всё что его мучило с самого пробуждения.