Трепет. Камни Митуту. Книга третья

И ранил он ее до схватки! И она сражалась против него не только раненой, не только без доспехов, но и голой! В Кируме до сих пор шушукаются о ее красоте! А то, что убитых в крепости Ос со стороны Лаписа было под сотню, а со стороны Кирума всех пропавших дозорных – десять человек, не настораживает? Что же это был за штурм такой? Чьи тела сгорели на погребальном костре? Кто убивал короля Тотуса? Может быть, следовало расспросить об этом Телу Нимис? Кажется, в живых осталась только она?

Последние слова Лава почти кричала, но рука матери, хлестнувшая по щеке дочери, заставила ее окаменеть.

– Замолчи! – прошипела Кура, схватила Лаву за плечи, притянула к себе и медленно, стискивая пальцами ткань гарнаша, выговорила: – Где твой дознаватель? Мертв, не так ли? Где эти словоохотливые кирумские стражники? Уверена, что мертвы. Где твоя сестрица Кама? Не знаешь? А где твой братец Игнис? Они-то уж точно живы, иначе бы не искали их ищейки Русатоса по всей Анкиде! Как ты собираешься с этим любопытством сохранить свою жизнь? Чем будешь оборачивать собственное горло, чтобы защитить его от кривого ножа? Гордостью? Она поможет тебе?

– А ты мне помочь не в силах? – прошипела, вырываясь из рук матери, Лава.

– А ты думаешь, – мать стала говорить еще тише, – что братские чувства Пуруса сильнее его безумия? Или думаешь, что убить брата короля так уж трудно? Хочешь, чтобы твой отец повторил судьбу Монедулы Арундо, собственной сестры? Кстати! Где пропадает ее сыночек, герой последней войны Лаурус со своей семьей? Не интересовалась? А судьба королевы Тричиллы тебя ничему не научила? Или думаешь, что Армилле, ее сестре, простится ее последняя дерзость? Или ты сама хочешь повторить судьбу королевской дочери Фламмы, что бы там о ней ни говорили? Где она? Что ты сказала Болусу? Мне доложили, что ты оскорбила его! Что ты ему сказала? Говори, мерзавка!

– Ничего! – хлопнула дверью Лава.

Что же она сказала Болусу? Да уж сказала что-то. Гораздо интереснее, что сказала посланникам короля Пуруса вдовствующая королева Тимора – Армилла. Собственно, с этой вестью Лава и явилась домой. Как обычно, истязала себя в полдень в зале на третьем этаже ратуши упражнениями, надоедливый кузен пока что лишь там не домогался ее внимания, когда услышала скрип двери на втором ярусе, шаги и шепот писцов.