Юдоль

– Так нужно для вина, – объяснила Васа, показывая на уходящие во тьму подземелья лежащие на боку огромные бочки. – Но в обеденных каморках теплее. Хотя кухня не здесь. Еду готовят повара самого урая Кеты. Готовят и спускают в специальные колодцы. Можно сказать, что мы вкусим блюда, которые пробует только знать. Замок над нами.

– А это что? – спросил Кай, остановившись возле неровной стены. Вся она от пола и до потолка была покрыта какими-то надписями.

– Пожелания, – вздохнула Васа, сняла с крюка лампу с языком пламени, подняла ее над головой.

 – Во время Пагубы многие кетцы прятались в подземельях, писали здесь свои имена, молитвы, просьбы. Два года назад и я приложила сюда руку. Видите?

Кессарка приподнялась на носках, ткнула пальцем в свое имя и изображение руки.

– Я тоже хочу оставить имя, – глухо произнес Сай.

Воин наклонился, поднял лежавший под стеной кусок угля и стал вычерчивать буквицы. Много времени это не заняло.

– Надписей прибавилось, – заметила Васа. – Хотя вот этих трещин в стене не было.

Но они замазаны, значит, служителям подземелий трещины не в новинку.

– Не все замазаны, – заметила Каттими и показала пальцем вверх.

Васа подняла лампу выше и присвистнула. Своды подземного зала и в самом деле покрывали новые трещины.

– Надеюсь, что мы успеем выбраться наружу до того, как здесь упадет хотя бы камешек.

– Подожди, – попросил Кай, шагнул к кессарке и взял у нее лампу. – Подожди.

Он поднял лампу так высоко, как мог, и обернулся к Каттими:

– Ты видишь?

На сводах, там, где теперь разбегались трещины, явственно проступала та же самая вязь, которая была и на браслете, и на роге.

– Да, – кивнула Каттими. – Но последние буквицы другие. Имя другое.

– Надпись свежая, – заметил Кай. – И выполнена не так давно. Но не углем.

– Может быть, это какой-то мертвый язык? – предположила Каттими.

– Бросьте, – поморщилась Васа. – Я, конечно, не знаю, о каком имени вы говорите, но разве на мертвых языках пишут на стенах? В Салпе предостаточно и живых языков.

Конечно, в Текане все говорят на одном языке, но словечки в каждом клане разные, да и письмо сходится только в судебных пергаментах. Или нам нужно найти этого писаку?

– Не теперь, – поморщился Кай. – Долго еще? Я бы уже присел.

Идти пришлось недолго. Подземелье повернуло вправо, а Васа остановилась у едва освещенного лампами ряда низких дверей.

– Нам сюда, – показала она на одну из них.