Печать льда

– А теперь скажи мне, дитя, сможет ли Фейр Гальд уничтожить Храм, если Храм возьмет на себя опекунство над домом Олфейнов?

Джейсе показалось, огонь блеснул в глазницах Хельда, но она не решилась смотреть ему в глаза.

– Что мне делать, мастер? – спросила она беспомощно.

– Ты готова что-нибудь делать? – все так же мягко поинтересовался Хельд и прислонился к стене, отчего доспех, скрытый под саваном, снова издал металлический лязг.

– Конечно, – прошептала Джейса. – Главное, чтобы это не принесло вреда Рину Олфейну.

– Он груб, высокомерен и заносчив, – пробормотали губы Хельда.

– Он добр, мастер, – замотала головой Джейса. – Однажды он спас меня.

– Он беден и безнадежен, – скривились губы Хельда. – Пламя не приняло его!

– Но ведь вы же сами говорили мне, когда давали разрешение на клеймение, что Единый не назначает знаков своим детям, он только не препятствует им. Все в воле Единого, мастер! Только поступки наши до времени в нашей воле. Единый либо превозносит создание свое, либо испытывает его.

– Однажды он спас тебя, но точно так же однажды может убить, – почти прошептал Хельд и чмокнул сухой губой. – Ты помнишь канон? Да, Единый либо превозносит создание свое, либо испытывает его, но даже превознесенный должен помнить, что вознесение его – суть тягчайшее испытание среди прочих! Я не отказываюсь от своих обещаний. Но непрепятствование исполнению не всегда подобно помощи и содействию. Ты швея, что сплетает нить своего счастья, я всего лишь пастух, который приносит тебе шерсть.

– Что это? – Она дрожащими пальцами поймала на ладонь два розоватых осколка.

– Магия, – снова пожал плечами Хельд. – Если магию позволил Единый, отчего Храм должен не позволять ее? Это приворотная соль. Смочишь слюной, бросишь осколок в питье или еду и подашь Рину Олфейну. Эта соль не делает пишу соленой. Она для другого.

– А потом? – затаила дыхание Джейса.

– Год – большой срок, – наклонил голову Хельд. – За год можно успеть многое, не мне тебе объяснять что. А чтобы выносить ребенка, не потребуется и года. Подумай об этом, сестра моя. И не забывай, ты не одурманить пытаешься молодого Олфейна, а спасти его!

– Почему осколка два? – еле слышно спросила Джейса.

– На тот случай, если не веришь мне, – сомкнул губы Хельд.