Легко (сборник)

– Подождите! – запротестовал я. – Я еще не понял, как это их нет, а вы уже добавляете, что их нет, но они есть.

– А вы не спешите, – посоветовал мне Алексей. – Их нет, потому что их нет в природе. Но они есть, потому что они есть. Потому что есть поступки, которые они совершают. Есть одежда, которую они носят. Есть их имена. У них есть друзья. Даже работа! Они обладают всеми качествами конкретных людей. Но их нет.

– Не понял! – раздраженно повторил я.

Алексей сидел на диване и торжествующе смотрел на меня как на школьника, впервые услышавшего от учителя, что земля – это шар, и пораженного этим обстоятельством.

– Их нет, но они есть, – снова сказал Алексей, наклонился и прошептал мне прямо в ухо. – Это я их создал. Я сделал их из себя!

21

«Что он понимает?» – подумалось мне. Я все делаю из себя. Я становлюсь больным стариком, когда описываю старика. Я становлюсь волком, когда описываю волка. Я становлюсь женщиной, даже тогда, когда в моих рассказах ее запрокидывают навзничь и насилуют или рвут безжалостно на части.

И я чувствую все это. Что он понимает в этом, если даже Ритка бросила меня из-за того, что, когда она звала меня по имени, я поднимал голову от бумаги с пустыми безжизненными глазами, потому что был кем угодно, стариком, волком, женщиной в эти минуты, но не самим собой? Я не мог разорваться надвое. А она не могла жить в пустоте. Что он в этом понимает?

– Это я их создал. Я сделал их из себя.

– Доктор Джекил, несколько мистеров Хайдов и даже миссис Хайд в одном лице? – с сарказмом спросил я его.

 – Это неоригинально.

– Бросьте! – повысил голос Алексей. – Доктор Джекил и мистер Хайд – это всего лишь идея, которая ничего общего не имеет с действительностью. К тому же, она основана на использовании физического мира. Опять какие-то снадобья и химикаты. Ничего этого не надо. Все здесь, – показал Алексей себе на голову. – И у вас все здесь. Только и различие, что вы выпускаете своих героев на бумагу, а я в жизнь.

– Не хотите ли вы сказать, что выпускаете в жизнь созданных вами фантомов? – удивился я.

– Фантомов? – задумался Алексей. – Нет. Это не фантомы. Это уже не фантомы. Выражения должны быть точными. Ведь слова – это выражения мысли. А мысль – это штука довольно материальная, частица божественного поля, если угодно. Сгусток мыслей – это уже личность. Нет. Они мыслят. Это уже не фантомы…

– И все-таки.