Корни тайны

Спасибо, что Вы написали – я сразу же поехал за ними.

– Вы вывезли их?

– Да. Я забрал их к себе

– Тогда все хорошо. Олег Григорьевич, хоть Вы и не хотели травмировать детей процессом по определению их места жительства, придётся это делать – сегодня стало ясно, что Ваша бывшая жена способна на все, и она прямо угрожала этим.

– Увы, теперь понимаю это.

– Заседание завершилось, суд разделил имущество по нашему варианту – бизнес остался Вам полностью, Вы выплачиваете ей компенсацию. Но будет еще их апелляция в Мосгорсуд.

– Понимаю. Спасибо!

Во второй половине этого дня Станислав приехал в офис своей коллегии адвокатов. Поднимаясь на четвертый этаж (это давалось ему тяжеловато, из-за его полноты, но кроме срочных случаев он принципиально не пользовался лифтом, чтобы давать себе такую нагрузку), мимо качественно сделанных копий картин французских импрессионистов, он думал, сколько дел наметилось на эту самую вторую половину дня.

Восстановив перед дверью офиса дыхание, он бодро вошел.

– Вам звонила дама, спрашивала конкретно Вас. Я сказала, что Вы будете после шестнадцати часов.

– Все верно.

В начале пятого часа пополудни, когда Станислав был в своем кабинете, разбирая бумаги и готовясь к встрече, которая должна была начаться в 17:00, ему позвонила Алина:

– Станислав Владимирович, звонит та дама, которая звонила в первой половине дня, стала спрашивать, как можно приехать к Вам сегодня, она очень просила принять ее как можно скорее.

– Хорошо, Алина, ты все правильно сказала. Соединяй меня с нею.

– Аллё, слушаю! – начал беседу Станислав.

– Станислав Владимирович, здравствуйте. Спасибо, что согласились поговорить. Меня зовут Юлия Валерьевна, Комина. Умер мой бывший муж, и мне нужно защитить интересы нашего общего сына.

– А в чем проблема?

– У мужа был бизнес – большой бизнес.

– А сын у Вас уже совершеннолетний?

– Да. Но я взяла от него доверенность, и я действую от его имени.

«Понятно – сыночек вырос, а мама его все равно не отпускает, держит при себе, – подумал Станислав. – Если бы она сказала «Сын дал мне доверенность» – это значило бы, что сын не хочет сам ничем заниматься и поручает все матери.