Корни тайны

– Все взаимосвязано, – стал тактично объяснять Станислав, – Роман Геннадьевич является Вашим наследником, поэтому чем более внушительным будет Ваше имущество – тем большее наследство получит он. Так что бороться нужно на всех фронтах.

– Понимаю это, – кивнула Юлия Валерьевна. – Итак, с чего Вы начнёте действовать?

– Первым делом – поездка в нотариальную контору, подача заявления. Далее – подача всех исков. Но тут важно, чтобы он признал иск. Роман Геннадьевич, Вы признаете иск Вашей мамы?

– Да, – предельно кратко сказал Роман, явно едва сдерживаясь.

– Спасибо. Поскольку Ваши и Ваши интересы, – продолжил Станислав, по очереди смотря на обоих своих собеседников, – противоположны, интересы будут представлять разные адвокаты. Если вы не возражаете, – обратился теперь Станислав к обоим собеседникам сразу, – я буду представлять интересы Романа Геннадьевича, а мои коллеги – интересы Вас, Юлия Валерьевна. Координировать всю работу буду я, информировать вас тоже буду я.

– Да, хорошо, – одобрила Юлия Валерьевна.

Роман лишь кивнул. Беседа его окончательно утомила.

– Иск к корпорации в наших с Ромой интересах. А вот дела о его наследстве и моей супружеской доле – не придется ли перемешивать эти два дела? – неуверенно спросила Юлия Валерьевна, не зная, как точно выразить свою мысль.

– Вы задаете совершенно обоснованный вопрос, – одобрил его Станислав. – Если нужно будет, мы по согласованию с Вами будем просить суд приостановить одно дело до разрешения другого.

– Мне пока что все понятно, – неуверенно проговорила Юлия Валерьевна.

– Если у Вас будут вопросы, я сразу же на них отвечу, – подхватил ее фразу Станислав, но в совершенно иной – уверенной – тональности.

– Все, я могу идти? – резко спросил Роман, поднимаясь с кресла.

– Рома, сядь и молчи! – повелительно сказала Юлия Валерьевна. – Мы здесь для того, чтобы обеспечить твое наследство! Ты это понимаешь?

Роман с выражением неуверенности и одновременно возмущенности вновь сел в кресло.

– Ты куда-то спешишь? – продолжала строго задавать Роману вопросы мать. – Допуски к сессии поедешь получать?

Роман бурчал что-то возмущенное и одновременно, возможно, не очень почтительное в адрес матери, общавшейся с ним в присутствии серьезного человека – адвоката – как с мальчишкой, но вслух все-таки не спорил с нею и не дерзил ей.

– Извините его, Станислав Владимирович.