Дети отцов

Его учителя научили его обращаться к суду стоя, а не слегка лениво привставая.

– Понятно. Про мировое соглашение есть необходимость сейчас спрашивать?

– Нет, не стоит. Мои доверители настаивают на удовлетворении иска, – заявил Гусев.

– Настаивают? – удивилась такому глаголу судья. – Ну, пусть настаивают. Понятно. Сторона ответчицы?

– Моя доверительница уполномочила меня вести переговоры, если они будут, – сказал, вновь вставая, Виктор.

– Ясно. В общем, если стороны придут к мировому соглашению, суд рассмотрит его, – подытожила Ирина Николаевна.

– Нет, – проговорил Гусев, по-прежнему лишь слегка привставая с места.

Судья молча посмотрела на него, потом на Синегорова.

– Нет, уважаемый суд, на данной стадии нет. Из иска и приложенных к нему документов о родстве истцов с их отцом не ясно, как именно сторона истцов будет подтверждать то, что они завладели указанными в иске предметами.

– Представители истцов, – обратилась судья к Гусеву и его команде, – как вы будете подтверждать эти обстоятельства?

– Свидетельскими показаниями, – нарочито зло сначала посмотрев на Синегорова, ответил суду Гусев.

– А когда заявите ходатайство о допросе свидетелей?

– В судебном заседании.

– И будете откладывать заседание?

– Нет, свидетели в тот день будут в суде.

– Понятно. Своих свидетелей вы засекретили, – вновь подытожила судья.

– Да, уважаемый суд. Спасибо. Тогда мы будем ориентироваться на доказательства стороны истцов, и если возникнет необходимость, будем вынуждены ходатайствовать об оказании судом содействия в сборе доказательств с отложением разбирательства.

– Это ваше право, – уравновесила свое отношение к сторонам судья. – Согласуем дату судебного заседания.

После согласования даты судебного заседания и подписания расписок Гусев со своими подчиненными вышел из зала, всем своим видом показывая, что он даже не смотрит в сторону Синегорова.

Но Виктор легко и без какого бы то ни было напряжения пережил этот неумный демарш оппонента.

Когда Виктор ехал из суда в офис, он с усмешкой думал о поведении адвоката Гусева (хотя тот, разумеется, и не заслуживал такого внимания с его стороны).