Рокофрения

После секундной паузы мы оба разразились хохотом, пожали руки и разошлись.

Когда я вернулся домой, то увидел, что в телефоне мерцает сообщение “вконтакте”. Сообщение было от Артура: “Вась, я долго думал, и все решил, я ухожу из группы.” Забыв про всё, что хотел сделать дома, я рванул к Артуру. Всю дорогу я материл Артура, себя, за то что решаю его проблемы, хотя мог просто сидеть дома, смотреть МЭШ и есть чипсы.

Артур выглядел ужасно. В окружении бутылок, большая часть из которых была даже не открыта, он все равно создавал впечатление опустившегося на самое дно.

Я растормошил его, оттащил в ванну и умыл.

–  Не помогает, Вась, я стараюсь забыться, но не помогает..

–  Во-первых, с такого количества вина особо не забудешься. Во-вторых, насчет твоей гениальной идеи, она безумно тупая.

–  Почему? Как я буду нести людям что-то светлое, и играть для них, если в душе у меня рана.

–  Ох балбес, музыка, это тебе не время. Она хоть как-то лечит. Открой любую биографию известных музыкантов.

Вот что-что, а музыку они никогда не бросали, и она их не бросала. Так что берешь себя сейчас в руки, бросаешь корчить из себя алкаша, и ложишься отсыпаться. Завтра репаем.

–  Ну, ладно, как скажешь,..

На следующий день мы собрались в гараже в почти полном составе. Кроме Арины.

–  Ну и где она? – включил строгого начальника я.

–  Ну, она звонила, у неё то ли учеба, то ли уборка, я не разобрал.. – Ответил Марли.

–  Интересно, а почему она звонила тебе, а не мне например, или Артурке?

–  С Артуркой она чет не хочет разговаривать, типа обиделась, не знаю, а тебя она просто побаивается.

–  Приехали..

Я так до конца и не смог понять ее поведение. Она всю репетицию лучезарным пирожочком, а на следующий день быть мрачнее тучи. Насчет того, что она побаивалась меня, причина могла быть одна. Я не создавал впечатления пай-мальчика, из-за длинных волос, кожаной куртки, которую носил, и довольно взбалмошного поведения. А так как Арина была из приличной христианской семьи, каждый день ее пребывания в нашем гараже, в нашем коллективе и в нашем круге общения мог оказаться последним.

Именно из-за того, что вся наша компания не вписывалась в модель приличной молодёжи для такого рода людей. Как позже выяснилось, а точнее через неделю, я оказался совершенно прав. Не выходя на связь ни с кем из нас, через общих знакомых мы узнали, что она прекращает с нами всяческое сотрудничество. Поступок, конечно, некрасивый, но довольно ожидаемый.