Экскурсия

Маузер величественно брал деньги, клал их в ящик стола, и, улыбаясь, говорил:

– Вы знаете, я пересмотрел Вашу статью и думаю, что она, пожалуй, пойдет в завтрашний номер. Пишите еще, молодой человек. У Вас чувствуется хороший слог.

Находились и такие, кто возмущался и жаловался Зубрилину. Тогда спокойный Маузер брал статью, которую не поставил в номер, и в пух и прах в течение пяти минут разносил ее по косточкам.

– А деньги взять хотел, потому что я задарма эту чушь корректировать, не намерен.

Зубрилин соглашался, что это он просмотрел такое убожество, и в следующий раз статьи этого Иванова-Петрова-Сидорова будут проверяться буквально через лупу с особой тщательностью. Судьба такого журналиста была предопределена и его статьи очень нескоро появлялись во «Всеобщей правде». Как правило, он был вынужден искать другое место работы.

– Слушаем тебя Марк Павлович. – Зубрилин улыбнулся. – Постреляй умными фразами.

– Есть у меня одна мыслишка. Вот тут меня знакомый на охоту пригласил.

А какой из меня охотник, так байки охотничьи только послушать. Но я вот подумал, а если нам открыть рубрику типа охотничьи рассказы? Или даже лучше так – охотничьи и рыбацкие рассказы. И печатать не только сами рассказы, но и различные советы охотникам и рыболовам.

– Вот, – Зубрилин изогнулся, как будто собрался вставать с кресла, – вот наконец мы слышим слово не мальчика, а мужа! Дельное предложение, мне оно нравится. Верочка, в пятницу, часиков в десять совещание по этой теме.

– В десять Вы уже назначили совещание по кулинарным рецептам. – Напомнила девушка.

– Да? Ну, значит на одиннадцать часов. Должны присутствовать Марк Павлович, Олег Афанасьевич и Андрей. Не сисадмин! Ясно?

Верочка, записывая в блокнот, кивнула головой.

– Вот и до тебя очередь дошла, Андрюша. Поделись, что ты там надумал.

– Кирилл предлагал писать о личной жизни политиков и вообще известных людей, а я думаю эту тему надо расширить. У меня есть такая задумка, сравнивать жизненные пути двух одноклассников.

Скажем один из них министр, а второй токарь. И подробненько биографии каждого, на пол странички.

Зубрилин молчал. Только правая бровь на его лице то поднималась, то опускалась. «Движеньем брови наш шеф мысли собирает. Не будем ему мешать», – говорил в таких случаях остряк Ефимов.

– Ты думаешь, будущие токарь и министр могли учиться в одной школе? – Наконец спросил главный редактор.