Z: Квази. Кайнозой

В наши дни не так часто встретишь мужчин, прогуливающихся под ручку, это где-то в девятнадцатом веке осталось, в эпоху джентльменов и сударей. Ну или в Лос-Анджелесе или Амстердаме. Это Холмс с Ватсоном могли идти по Бейкер-стрит под ручку, обсуждая очередное преступление.

Но старомодность Михаила, пусть даже нарочитая и старательно культивируемая, сделала его жест неожиданно естественным.

– Мы не нуждаемся в мечтах о вечной жизни, поскольку получили её, – продолжал Михаил. – Мы не нуждаемся в отпущении грехов, поскольку не грешим… в большинстве своём.

Мы не нуждаемся в утешении, поскольку без страстей нет и печалей. Мы не нуждаемся в заповедях, поскольку все они исходят из понятной и полезной логики человеческого общежития. Так зачем нам церковь?

Я подумал и сказал:

– Для понтов? Чтобы всё как у людей?

К моему огромному удивлению, Михаил воскликнул:

– Правильно! Именно поэтому. Мы прекрасно сознаём определённую ущербность своего существования. Конечно, мы не роботы, у нас есть эмоции, но они очень ослаблены и урезаны.

Кто-то способен на любовь, кто-то подвластен ненависти, кто-то может быть грустным, а кто-то весёлым. Но то, что ты назвал таинством духовной жизни, а я предпочту назвать религиозным чувством, нам чуждо. Всем. Абсолютно.

– Ничего не понимаю, – сказал я. Навстречу нам прошла парочка кваzи, мужчина и женщина, глянувшие на нас с любопытством. – А зачем вам тогда церковь?

– Как ты и сказал. Чтобы «как у людей». Мы пытаемся восстановить ту часть человеческой жизни, которой лишились.

Пусть даже не имеем в этом необходимости.

– По мне – так глупо, – сказал я.

– Мы же всё-таки люди, – сказал кваzи.

Я не стал спорить с этим сомнительным тезисом.

– Ну и для чего ты тащишь меня в церковь кваzи, если тебе самому чуждо кваzианство?

– Мне чуждо, – согласился Михаил. – Ну так я и в человеческой жизни в Бога не верил. А вот Виктория посещала эту церковь регулярно.

– А! – воскликнул я, прозревая. – Это очень, очень интересно. Она могла получить здесь убежище? Может быть, она тут скрывается?

– Вот мы и посмотрим, – добродушно сказал Михаил.

У входа в церковь, как и положено, тусовались нищие. Правильные церковные нищие, не из тех бабушек, что на самом деле экономят каждую копейку, но никогда не протянут руку за милостыней, или тех замотанных бытом женщин, что ежедневно натягивают тришкин кафтан зарплаты на большую семью, а профессиональные нищие, которые за подаянием ходят как на работу.