Застава

Я заметил, что пацан уже выдул весь лимонад – и когда только успел? – Вам, может, и здесь хорошо. Вы взрослые… и вообще. А я тут жить не смогу. Мне в Центруме нравится. Вы извините, конечно, но если что – так я в Центрум, на поезд и куда-нибудь в Лорею. Или в Краймар.

Он секунду помолчал, потом, застенчиво улыбнувшись, добавил:

– Извините…

– Да никто из нас не откажется от путешествий в Центрум, – сказала Галя. – Ирина, ты же это прекрасно понимаешь, да?

– Мне было важно, чтобы вы сами поняли, – ответила Баринова.

 – Не откажемся, верно. Тогда что… сменим дислокацию? Из Москвы нас обычно выносит в Клондал, в окрестности Антарии. Что ж! Давайте уедем. Родину менять не предлагаю. Но с Дальнего Востока нас будет выносить в Аламею, из Калининграда – в Краймар. Что нам больше нравится? Патриархальная уютная Аламея? Или краймарская плутократия?

– А я бы в Лорею отправился, Роман прав, – неожиданно сказал Ашот. – Я там один раз был – интересно.

– Был? – заинтересовался Ромка. – Как?

– Вынесло из Москвы, – Ашот пожал плечами.

 – Сам знаешь, всяко бывает. Красиво… на Кавказ похоже.

– Чтобы постоянно ходить в Лорею, надо поселиться во Франции или Италии, – негромко сказал Бобриков. – Что уже усложняет переезд. Но… допустим. Разорвем все связи, уедем в другой город или другую страну…

Раздался выразительный вздох. Хмель взялся обеими руками за свое горло и изобразил попытку удушения. Грустно покачал головой. Стал изображать, что рвет на себе волосы. Покачал на руках что-то невидимое.

– Маму не можешь оставить? – спросил Бобриков.

Петр Петрович кивнул.

– А я как? – воскликнул Роман. – Вам хорошо, вы взрослые! А я нет! И вообще никаких прав не имею, я детдомовский!

– Я тебя усыновлю, – фыркнула Баринова и притянула Ромку к себе. – Давно пора заняться твоим воспитанием.

– Помогите! На меня напала женщина-маньяк! – радостно завопил Роман. – Пристает к ребенку!

– Тихо, – сказал Бобриков. – Развеселились… Без Центрума мы прожить не сможем, это факт.

Это наша жизнь. А уехать – не выход. Если нас ищет штаб пограничной стражи – то искать будут везде. Найдут и в Лорее, и в Аламее… Невелики мы птицы, чтобы нас не выдали. Если бы не Гольм – уже везли бы в штаб…

– Согласна, – сказала Баринова. – Не о том думаем. Мы не можем без Центрума, а пограничная стража найдет нас на любой территории. Тем более, если мы пустимся в бега… в США это считается признанием вины, слыхали? Надо думать о том, в чем вообще нас обвиняют.