Визиты: Осенние визиты. Спектр. Кредо

Три пули вошло в грудь бывшего юриста, и Владислав Самохин, добрый отец двоих детей и ласковый дедушка трехлетней внучки, довольный собой и жизнью убийца-любитель, отлетел к стене. Он еще видел того, кто принес ему смерть, – человека с холодными голубыми глазами и красивым, хоть и грубым лицом. Видел сквозь боль и сгустившуюся Тьму, и почему-то в последний миг ему показалось, что эта Тьма видна не только ему.

– Передай ей привет, – сказал Илья, отворачиваясь от трупа.

Старик молчал, глядя на него.

– Где твой брат? – беззлобно спросил Карамазов.

– Я действительно не знаю, – ответил старик. – Он уехал рано утром, сразу после завтрака. В Москву, вероятно. Полагаю, мне не следует особо радоваться смерти этих негодяев?

– Не стоит. Я просто не люблю дилетантов… и тех, кто видел меня за работой.

– Это ведь ты взорвал квартиру?

– Да.

– Там погибли невинные люди… дети…

– Поверь, я об этом сожалею, – честно сказал Илья. – У тебя тоже есть выбор, старик.

Его новый клиент посмотрел на валяющийся на полу пузырек.

– Противно… – прошептал он.

Илья одобрительно кивнул.

– Пуля лучше. Это мужская смерть… и мужское оружие. Мне действительно жаль, что так вышло.

– Я могу попросить вас не сжигать дом?

– Зачем? Думаю, дачка застрахована…

Старик кивнул на бумаги:

– Книга. Она почти готова, возможно, ее даже выпустят. «Экология души».

Карамазов почувствовал к нему неясную симпатию.

– Здесь слишком много следов, старик.

– Если вам не очень дорог пистолет, вы можете вложить его мне в руку, – сухо, словно рассуждая о чем-то абстрактном, предложил старик. – Словно я застрелил этих двоих, а потом покончил с собой.

Илья молча подошел к старику и приставил к его виску увенчанное глушителем дуло. Почему бы и нет. Мужественные люди заслуживают маленьких подарков… тем более если те удобны и ему.

– Ты можешь помолиться, – предложил он.

– К сожалению, я не верю в Бога. – Голос старика впервые дрогнул.

Илья нажал на спуск.

– Не держи зла, старик, – отступая от тела, сказал он. Неприятная работа. Гнусная. Для таких слизняков, как те двое. Хорошо хоть, пуля вошла аккуратно.

Когда через четверть часа Илья вышел из домика, он не сразу понял, что изменилось. Ему пришлось почти минуту оглядываться, прежде чем до него дошло.

Дверь сортира была открыта.

– Бля… – Илья метнулся к «скворечнику», запоздало заглядывая внутрь. Вот так дедок.