Визиты: Осенние визиты. Спектр. Кредо

– Слушай, какое это имеет значение по сравнению с целью нашей поездки?

– А что значил твой развод по сравнению с мировой революцией? – Слава протянул ему сигарету. – Ладно, ты прав… Потерпим.

В тамбур вошли еще двое мужчин, о чем-то оживленно спорящих. Ярослав поймал быстрые, любопытствующие взгляды в их сторону. Близнецы – явление, что ни говори, редкое…

– Хороший сюжет, – вполголоса сказал Слава.

Ярослав удивленно поднял глаза.

– Цивилизация, где близнецы – норма. Как отразилась бы на психологии людей, на общественном устройстве такая маленькая биологическая деталь?

– Никак.

– Не скажи. Это влияние общества, под которое они адаптируются. А если одиночки – исключение? Если президентами всегда избирают двоих? Если семьи состоят из двух идентичных пар мужчин и женщин? Если смерть одного близнеца вызывает такой шок, что второй просто не может жить?

Слава затянулся сигаретой, продолжил:

– А главный герой – одиночка.

Ярослав помедлил секунду.

– Интересно. Но я не продал бы такой роман.

– Мечи и бластеры, конечно, более интересны и важны для общества, – кивнул Слава. – Человеческая разобщенность – это для яйцеголовых идиотов.

– Ты не прав. Это и мне куда менее интересно.

– Само собой. Ты продукт среды. Ты адаптируешься. Гасишь свои комплексы и обиды. Зарубить пару обидчиков в средневековом замке куда веселее, чем думать по-настоящему.

– Можно подумать, что ты – иной.

– Иной. Я несовершенен, но все, что можешь ты, во мне развито по максимуму. Ты не понимаешь живых людей. Хватаешь одну-две детали и дальше лепишь свои отражения. Я – мог бы говорить о настоящих людях. Ты раздуваешь любую жизненную проблему во вселенский конфликт. Я – мог бы говорить о мире во всем его многообразии.

– Спасибо за комплимент.

– Это только начало. – Слава усмехнулся, открыл дверь тамбура, запустил окурок в щель между вагонами.

Ярослав помедлил, прежде чем двинуться следом. Было ощущение плевка в лицо, пусть даже ни одно слово Визитера не было для него неожиданным. «Мысль изреченная есть ложь…» Куда там. Мысль изреченная есть пощечина.

– Не комплексуй, – бросил через плечо Слава. – Если мы победим, то напишем такое…

– Ты напишешь.

– Да нет же, вместе. Я могу лишь то, что можешь ты. Так что подтянешься.

Старушка уже обустраивалась в купе.