Веер (сборник)

Говорит быстро, голос чуть глуховат, в разговоре неумело старается острить и подкалывать собеседника. Если я вернусь домой один и забуду про Максимова, то, прочитав эту запись, вспомню о случившемся. Что-то странное происходит с Кириллом, и мне очень не нравится, что я в это впутался».

Дальше шли чистые полстраницы – и еще несколько строчек из рассказа, в который Котя и впечатал записку самому себе:

«– Вот таким макаром! – шутливо закончил Семен Макарович, вытирая пот со лба. – Это называется тантрическая йога, и придумали ее тысячи лет назад древнегреческие гетеры.

– Спасибо огромное! – воскликнула Юля и зарделась».

Я посмотрел на Котю и покрутил пальцем у виска:

– Какие еще гетеры?

– Древнегреческие! – Котя забрал листки. – Работа у меня такая…

– Знаю я твою работу.

– Что вчера у Мельникова случилось? – спросил Котя.

– А ты ему не звонил? – поинтересовался я. – Сам-то что помнишь?

– Звонил, – ответил Котя с достоинством. – Он считает, что я к нему зашел один и мы говорили о литературе.

– Как я тебя на выходе из подъезда остановил?

Котя покачал головой.

– Пошли сядем, разговор долгий будет.

Мы взяли по бутылке пива (Котя хмыкнул, когда я без вопросов купил ему его любимую «Оболонь», а себе – нормальный «Туборг»), и я начал рассказ. Ничего не утаивая. И как купил нож, как подстерег Наталью Иванову, как она зарезалась…

– Ты уверен, что это не ты ее ударил ножом? – не выдержал Котя.

– Уверен. Я стоял с ножом в руке, хотел скотч разрезать…

– Невозможно прыгнуть на нож так, чтобы зарезаться! – подозрительно сказал Котя.

– А ты пробовал?

Котя замолчал.

Когда я дошел до милиции, освободившей меня из-под стражи, Котя занервничал.

– Слушай, Кирилл, вот это никак не возможно!

– Но так оно и было.

– Было, не было… – Котя задумался. – Говоришь, тебя били?

– Я думал, ребра сломают. Несколько раз так пнули…

– А сосед тебе в глаз засветил?

– Ну да.

– Ты в зеркало на себя смотрел?

– А что такое?

Котя ухмыльнулся.

– Ничего! В том-то и дело. У тебя лицо свежее и довольное. Будто ты неделю на курорте провел. А ребра болят?

Я подумал и расстегнул куртку. Подтянул свитер.

– Никаких следов, – констатировал Котя. – Ты меня извини, но так не бывает. Если тебя избили ногами, то хотя бы синяки наутро останутся.

Спорить с ним было трудно.

– Слушай дальше, – сказал я. – На этом чудеса не кончились.