Веер (сборник)

 – Ты куда разбежался?

Котя застыл в дверях и покосился на читающего газету вахтера. Я сделал еще несколько шагов – и остановился.

Котя смотрел на меня пустым, чужим взглядом.

– Котя? – спросил я.

Котя откашлялся и спросил:

– Да?

– Ты что, меня не узнаешь?

– Э… – промямлил Котя. Снова посмотрел на вахтера. Тот подозрительно спросил:

– Какие-то проблемы, молодые люди?

– Нет, никаких проблем, – протискиваясь мимо Коти на улицу, ответил я. – Все в порядке!

– Вы откуда идете? – крикнул вахтер вслед.

Я не ответил. Стоял и ждал, пока Котя неуверенно выйдет из подъезда. Не то чтобы он запаниковал, но явно насторожился.

– Котя? – повторил я. – Костя?

– Не припомню, – искренне ответил Котя, слегка расслабляясь. – Вы… знакомый Мельникова?

– Ну да, – сказал я. – Знакомый. Неужели не помнишь?

Котя помотал головой. Спросил:

– Что-то случилось?

– Ты… вы от Мельникова идете? – выдавил я.

Котя кивнул.

– Он дома?

– Да, конечно. – Котя потоптался на месте.

– Все в порядке, – сказал я. – Это внешность у меня такая, не запоминающаяся.

– Ну, я пошел… – Котя сделал шаг, покосился на меня, что-то собрался сказать, но мотнул головой и отвернулся.

Я достал сигареты, закурил. Дым был сладок и горек одновременно. За стеклянным окошечком в двери мелькнуло лицо вахтера – бравый дедок был настороже. Не вызвал бы ментов…

Снова запустив руку в карман, я достал паспорт.

Было холодно. Все-таки уже осень. А зиму обещали холодную…

– Значит, так… – пробормотал я. То ли угрожая кому-то, то ли пытаясь выстроить план. – Значит, так? Значит, так!

Первое – чудес не бывает.

Второе – исключения возможны, но только для злых чудес.

А если настало время злых чудес, то бесполезно оставаться добрым.

5

Окна в моей квартире не светились. Вряд ли девица Наталья Иванова ложилась спать в восемь часов вечера.

Я поднялся на свой шестой этаж, позвонил в дверь. Гавкнул и настороженно затих Кешью. Я постоял несколько минут, потом пожал плечами и вошел в лифт. Если кто-то за мной следил через глазок, то этот кто-то сейчас зашаркает своей старческой походкой обратно к телевизору, отметив в памяти, что к соседке приходил кавалер.