Танцы на снегу

– Удачи тебе, – сказал я и вышел в коридор.

Маршрут к шлюзу я вроде бы помнил, ведь только что мы с доктором Антоном шли оттуда. Ну, я понимаю, что не совсем «только что». Но я ведь не помнил все эти дни полета… интересно, сколько же мы летели?

Впрочем, в шлюз я пока не хотел. Обманывать капитана и экипаж я вовсе не собирался. Мне надо было найти кого-нибудь – и я нашел. Наткнулся прямо на старпома, идущего к шлюзу. Тот внимательно осмотрел меня, задержал взгляд на чемоданчике и сказал:

– Понятно. В шлюз?

– Нет, я хочу найти капитана.

Старпом кивнул:

– Идем…

Но привел он меня не к капитану, а в какое-то нежилое помещение. Уселся перед экраном, включил компьютер. Скомандовал:

– Данные по контракту расчетного модуля Тиккирея.

На экране появился мой контракт.

– Ты вправе прервать контракт и сойти на любой планете, – сказал старпом. – Это – закон. Мы обязаны выплатить тебе заработанную за данный полет сумму. Это… – он наклонился к экрану, – это тысяча тридцать восемь кредитов.

Ого!

Я молчал.

– Разумеется, питание и работа систем твоего жизнеобеспечения оплачиваются отдельно, поскольку ты прерываешь контракт до истечения срока… – сухо добавил старпом. – Так что… отними шестьсот четыре кредита.

– Так много? – удивился я.

– Так много. Потому что твое питание и твою кровать требуется волочить в пространстве вместе с тобой. И даже по минимальным внутренним расценкам флота это составляет изрядную сумму.

– Нет, – сказал я. Все было честно.

– Остается четыреста тридцать четыре кредита, – сказал старпом. – Теперь – страховка.

– Да не надо, – попросил я. Что-то непорядочное было в том, что я воспользовался «Клязьмой» как транспортным средством да еще и тяну с них немалые деньги.

– К сожалению, надо, – сказал старпом. – Ты застрахован на триста пятьдесят тысяч кредитов. Как положено. Страховой взнос составил сто семнадцать тысяч. Теперь, как ты понимаешь, страховка прервана.

Он развернулся в кресле и посмотрел на меня.

Я понял. У меня все внутри захолодело.

– Если ты прерываешь контракт, Тиккирей, то вначале придется урегулировать финансовый вопрос. Думаю, шестьдесят – семьдесят рейсов позволят это сделать. Наверное, года через два ты сможешь покинуть корабль.

– Это есть в контракте? – тихо спросил я.

– Конечно.