Осенние визиты

– А еще я знаю, что являюсь лишь его копией. Порождением непонятной силы, решившей… э… упорядочить человеческую жизнь.

– Ты и правда не знаешь, как возник?

Визитер молчал так долго, что он перестал ждать ответа.

– Хотел бы я ответить, Ярик. – Во взгляде Визитера вдруг пробилась тоска. – Хочешь знать, как это было? Я засыпал. Проехала машина, я приоткрыл глаза. Посмотрел в потолок. Понял, что не усну. Решил встать и сесть за компьютер.

Он резко выдохнул, словно отсекая воспоминания.

– И оказался в коридоре.

Голый и босой. И знающий, что теперь я – двойник. А ты – настоящий… лежишь в постели. Открыл дверь в ванную, надел халат, прошел на кухню и включил свет.

– Значит, я поступил бы так?

– Ты так и поступил… – Визитер резко обернулся, подхватывая закипающий кофе. – У меня не спросили разрешения и ничего не потрудились объяснить. Я просто знаю – нас шестеро. У всех, кроме меня, есть объяснения произошедшему, но что в них правда, а что ложь, я не знаю.

На короткий миг Ярослав представил себя там, у плиты, в накинутом халате, осознающим, что он – лишь копия.

И отпрянул, словно схватившись за раскаленный металл.

– Извини, – прошептал он.

– Ты ни при чем. Пойми, мы уже разные. С каждой секундой нас разводит все дальше и дальше. Через несколько лет мы станем… ну, как близнецы, долго жившие вместе. Если, конечно, у нас будут эти годы.

– Что ты знаешь про остальных?

Визитер пожал плечами.

– Я их чувствую. Где они и что могут сейчас делать. Это не телепатия, больше похоже на догадку.

Ты так чувствуешь Галину.

Это был словно удар под дых.

– Я не знаю, где она, – прошептал Ярослав.

– Брось. Ты представляешь. Она дома, в этой квартирке в микрорайоне. Одна. И тоже не спит, читает своего любимого Дюрренматта.

– Чушь.

Визитер удивленно смотрел на него.

– Так ты не можешь ощутить других людей? Что они делают, о чем думают? Даже свою бывшую жену, которую до сих пор любишь?

– Нет.

Молча налив кофе, Визитер снова сел напротив.

Взглянул на Ярослава – не то с иронией, не то с жалостью.

– Эй, мужик… А как же ты книжки пишешь?

– Я вру.

3

Неужели именно так он выглядит? Аркадий Львович со смешанным чувством жалости и брезгливости смотрел на старика в кресле. Не то чтобы дряхлый, без малейшего намека на лысину. Зато одутловатый, с нездоровым серым лицом и перевитыми синими шнурами вен запястьями. Слегка полуоткрытый рот, сточенные серые зубы. Профессор. Академик.