Мирянин

А главное – зачем?

– Это все мадам Талдыкина, – боязливо, но и не слишком уважительно, отозвалась Вика. – Она меня сама отобрала из всех кандидаток. В нашем агентстве, знаете ли, случаются иногда задания, что не очень приятно выполнять. Но служба такая.

Вика сказала о службе, чтобы я, упаси бог, не приравнял ее к обычным, пусть и недешевым проституткам, а увидел бы в ней чуть ли не подругу Джеймса Бонда. Что ж, если это польстит ее тщеславию, мне не жалко. Хотя большой разницы между ней и просто девицей по вызову я не разглядел.

– И что же поручила вам мадам Талдыкина? – в тон Вике спросил я, как бы согласившись с благородным статусом ее работы. Прозвучало по-деловому, точно в офисе договариваются два партнера о лучших условиях продажи кафельной плитки.

– То же, что и все. Познакомиться. Соблазнить. Добыть компромат. С Юрием Петровичем было несложно. У меня уже два цифровых картриджа лежат в чемодане. Половину – хоть на порносайт… Вообще-то он дядька не злой, – с откровенным сожалением призналась Вика.

– А вам не показалось странным, милая барышня, что этот, скажем… гм-э-э… заказ вы получили именно от мадам Талдыкиной?

– Чего же странного? Обычное дело. Жены-то чаще всего и обращаются, вы не поверите! Для развода там, или детей отобрать из-за аморального образа жизни. В суде очень даже проходит, – пояснила мне Вика.

– Весьма может быть… Вернее, могло бы быть. Только Юрий Петрович официально не женат, и у вашей мадам Талдыкиной наверняка другая, своя собственная фамилия.

Именно в этом и была вся проблема. Моему динамиту по-прежнему не хватало запала. А серой пахло все сильнее. Вику послала жена Юраси, а зачем послала? Как можно развестись с тем, кто на тебе даже не женат? Или все-таки киллер? Завещание, наследство. Бред, все равно бред. Зачем для этого ехать на край света? В Москве возможностей у той же Вики куда больше.

Нечистота вдруг приоткрывшейся мне тайны ударила по психологическому, внутреннему обонянию смрадом ассенизационного обоза. И в этом дерьме предстояло искать дальше.

– Вика, мне отчего-то кажется, что вы знаете кое-что еще.

Я сказал настолько твердо, чтобы и сомнений не оставалось. Уж я-то, дескать, знаю, и только жду чистосердечного признания.