Линия грез: Линия грез; Императоры иллюзий; Тени снов

«Круг тишины» замыкал маленькую эскадру. Этот корабль строился как танкер и казался удивительно легкой мишенью. Огромные емкости, когда-то служившие для перевозки жидких продуктов, сейчас заполняли километры электронных схем и дополнительные энергоблоки. Полукилометровый конус антенны, вынесенный на решетчатых фермах в сторону, пришлось снабдить собственной двигательной установкой – иначе корабль развалился бы при первом же маневре.

Траектория, нащупанная «Гончей» в океане прошедшего времени, вела эскадру в пространство Дарлока, к маленькой белой звезде Лайон, за которую сотню лет назад Империя Людей трижды вела безрезультатные сражения.

Каль бродила по корвету, безмолвная и счастливая. Номачи старался избегать ее – даже его темперамент в последнее время был на исходе.

День тянулся нескончаемым кошмаром. Время от времени дарлоксиане уводили из камер людей – по двое, по трое. Это подкосило пленных. Кей видел, как пожилой мужчина попытался разбить голову о стену. Прозрачный материал пружинил, но после третьего удара окрасился алым.

Кея, Артура и врача с Инцедиоса пока не трогали. Они дождались вечера, когда их еще раз накормили и погасили свет.

– Спокойной ночи, Кей, – сказал Артур из-за стены. Он по-прежнему ждал чуда – маленький король в поисках Бога.

– Спокойной ночи, – согласился Кей. К счастью, сегодня Артур не просил сказки. Нервы Альтоса были на взводе.

Он пролежал несколько часов, тщетно пытаясь заснуть.

В отличие от людей Дарлок не был жестоким. Можно ли назвать жестокостью переделку потенциальных врагов? «Полуфабрикаты» – назвал пленников бывший человек, служивший Дарлоку. Полуфабрикат нельзя ненавидеть.

Кей Альтос тоже не испытывал ненависти к дарлоксианам. Он бы вполне удовлетворился мучительной смертью всех представителей этой расы.

В глубине души Кей надеялся, что со временем так и произойдет.

Когда Кей Альтос все-таки начал засыпать, в центре камеры возникла темная, скорее угадываемая, чем различимая фигура. За ним пришли.

– Кей? – зачем-то спросил визитер. И произнес на дарлоке: – Иди за мной, не применяя насилия.

Произношение было безупречным – свистящий голос дарлоксиан человек имитировать не мог. Но что-то в построении фразы казалось знакомым.