Именем Земли (сборник)

 Местность-перекресток

– Карээда ни карасу но томаритару я аки но курэ, – сказал я. – Прощай, любимая.

– Фуруикэ я кавадзу тобикому мидзу-но-ото, – прошептала она. – Мы еще встретимся, милый.

Нет, лучше все-таки сказать это по-русски. Вы же японского совсем не знаете, а великого Басе не чтите. Повторим заново…

– На голой ветке

Ворон сидит одиноко.

Осенний ветер, – сказал я. – Прощай, любимая.

– Старый пруд…

Прыгнула в воду лягушка.

Всплеск в тишине, – прошептала она. – Мы еще встретимся, милый.

Вот так гораздо лучше.

Сегодня Арана-сан говорил по-русски совершенно чисто. Видимо, от волнения. Мы делали Сад Камней для самого Саканиси Тадаси и должны были кончить его до завтрашнего вечера. А у нас еще и не все камни подобрались…

Я копошился вокруг Сада, засевая периметр быстрорастущей зеленой травкой. Легкий предновогодний снежок, словно чувствуя свою неуместность, таял, не долетая до земли. Само пространство Сада уже было засыпано отличной неровной галькой, импортированной с Капчагайского карьера в Казахстане.

Урча мотором, подъехал Валерка. Урчал джип, Валерка сиял радостной улыбкой.

– Арана-сан, – крикнул он. – Нашел! Вот он, главный камень Сада!

Арана-сан заглянул в джип. Придирчиво осмотрел огромный валун. Послюнявил палец, потер им камень, лизнул… Лицо его расплылось в довольной улыбке.

– Хорошо, – сказал он. – Устанавривать будем.

Они поднатужились и стали выволакивать валун из джипа.

– Осторожнее! – крикнул я.

Арана-сан гордо промолчал.

Я испугался, потом вспомнил, что дом Саканиси-сана сделан из рисовой бумаги, и успокоился.

У самой стены валун остановился. Арана-сан облегченно вздохнул и прошептал что-то по-японски. С огорчением посмотрел на раскрошившийся край валуна. Вновь обошел вокруг него, всматриваясь.

– Еще ручше старо. Берись, Варера.

Рыча от натуги, они поволокли камень.

– Помочь? – робко предложил я.

Валера и Арана-сан дружно покачали головами. Я достал новый пакетик с семенами и стал укладывать их в проковырянные специальной иголочкой лунки.

– Знаешь, чего мне сказала моя? – спросил Валерка на перекуре.

Я покачал головой.

– Только мы кончили, как она заявляет: «Хорошо, когда у юноши или малого ребенка пухлые щеки».