Императоры иллюзий

Что бы мы ни предпринимали, судьба каждого живого существа, человека или алкариса, траектория каждого фотона – все это неизбежно.

– Знаю и могу согласиться. – Кей устроился на своей подстилке поудобнее. Над долиной усиливался ветер, и плети облаков неслись по своим предопределенным маршрутам. Интересно, был ли запланирован миллионы лет назад дождь… – Алкарис, подобные идеи приняты и у людей. Но только ваша раса решила уйти из Галактики. Я слышал, вы разрабатываете солярные приводы – для перемещения своих звездных систем.

Хохолок Ищущего Истину дернулся, и Кей понял, что нарушил принятую структуру разговора. Однако это было воспринято нормально. Как доказательство человеческого несовершенства.

– Кей, мы не приемлем заданность судьбы. Даже в самые тяжелые годы войны Ветвь направляла треть научных разработок на исследование принципа причинности.

– Результат – ваши корабли, не знающие инерции, – заметил Кей.

– Побочный результат. Основное, чего мы добились, – это доказательство существования Бога, уверенность в том, что Вселенная была сотворена с непостижимо сложной целью, и обнаружение вероятностной зоны.

Кей нахмурился. Попросил:

– А если подробнее?

Алкарис щелкнул клювом. Поинтересовался:

– Ты имеешь знания астрофизики и вероятностной механики в объеме человеческого ученого?

– Не имею даже в объеме студента.

– Тогда пример. – Алкарис спрыгнул с ящика-насеста. Окинул цепким взглядом стеклянное поле, отблескивающее багрянцем в лучах заходящего солнца.

– Это довольно дорогая штука, – вручая алкарису баллон, предупредил Кей.

– За знание платят и большим. – Ищущий Истину неумело, но цепко сжал баллон в кончике крыла, направил вниз. – Эта стеклянная поверхность в нашем диалоге – модель. Модель вероятностной зоны. Это и есть мир. Вселенная в подлинном смысле. Она бесконечна и непознаваема. Она неощутима для наших приборов, поскольку не существует в виде реальности. Понимаешь?

– Да.

– Океан возможностей… свободы… океан Ничто, – почти с человеческой задумчивостью сказал алкарис. – Теперь смотри.

Он надавил на распылитель, и белые брызги ударили по спекшейся почве.

– Вот наша реальность, наша Вселенная. Каждое пятнышко – галактика, только пятнышек этих должно быть бесконечно много. Вселенная расширяется, вторгаясь в вероятностную зону. Она занимает все больший объем, но для нас, ее обитателей, истинных размеров не существует.