Гаджет (сборник)

Давай собирайся!

Первым делом он упаковал гостиничные банные халаты и полотенца.

Боевой крейсер Проциона-2 догнал корабль Петровича через три дня – три дня, заполненные руганью, пьянством и взаимными упреками.

– Крендец! – сказал Петрович, глядя на экран. Крейсер был большой, блестящий и красивый. Такие могут планету в пыль смолоть, а не маленькую старую яхту.

– Давай сдадимся… – предложил Львович. – Или на Землю сигнал бедствия дадим…

– На Земле нас… за сотрудничество с тираническим режимом генерала Хуана… – Петрович всхлипнул.

За последние дни они многое узнали о «можно так сказать» генерале.

Боевой крейсер распахнул огромный шлюз и стал наплывать на улепетывающую яхту.

– Вон уже и конвой на причальной палубе выстроился… – скорбно сказал Львович.

Петрович насторожился:

– Что-то на конвой не похоже… флажками машут…

Он постучал по кнопкам пульта – и на экране возникло радостное розовощекое лицо.

Человек возбужденно говорил в микрофон.

– Итак – вот он, торжественный миг! Наш корабль готовится принять на борт спасителей демократии Проциона-2! Позволю себе напомнить хронику событий…

На экране появились фотографии Петровича – в шезлонге и с пледом, и Львовича – тоже в шезлонге, но с бокалом коктейля.

– Пять месяцев население нашей планеты проклинало этих людей. Пять месяцев мы наблюдали за тем, как они воздвигают в диких северных краях концлагеря – оборудованные электрическими стульями, пыточными камерами, карцерами, душегубками…

– Какими еще душегубками? – простонал Петрович, но вспомнил «камеры санобработки» и смолк.

– И никто не знал, что все это время два непритязательных с виду человечка готовили удар в спину диктатуры! – продолжал заливаться соловьем журналист. – Когда трое суток назад несломленный президент Леонардо был посажен на электрический стул и на всю планету началась трансляция церемонии его казни, герои спешно покинули нас.

Не станем винить героев – ведь верные диктатору войска первым делом бросились на их поиски… Итак, после того, как при включении рубильника перегорела вся проводка во всех бараках – по плану серебряная, по сути, как выяснилось, алюминиевая…

– Ты что, ее последовательно подключал? – охнул Львович.

– А как еще можно? – удивился Петрович.

Журналист продолжал.