Дозоры. От Ночного до Шестого

Максим услышал о себе все, что только мог представить, и немножко того, что представить был не в состоянии.

То, что он дурак и бабник, готовый подставляться под пули из-за смазливой мордочки и длинных ног, Максим воспринял спокойно. То, что он наглец и сволочь, кокетничающий при жене с затасканной и некрасивой проституткой, – было чуть оригинальнее. Особенно учитывая, что с неожиданной пассажиркой он обменялся лишь парой слов.

Теперь в ход пошла полная чушь. Вспоминались неожиданные командировки, те два случая, когда он заявлялся домой пьяным… действительно пьяным.

Делались предположения о количестве его любовниц, о непроходимой тупости и мягкотелости, мешающих служебному росту и хоть мало-мальски приличной жизни.

Максим покосился через плечо.

Лена ведь даже не накручивала себя, что странно. Сидела на кожаном диване перед здоровенным телевизором «Панасоник» и говорила, говорила почти искренне.

Она и впрямь так думает?

Что у него толпа любовниц? Что он спас незнакомую девушку из-за красивой фигурки, а не из-за свистящих в воздухе пуль? Что они плохо, бедно живут? Они, купившие три года назад прекрасную квартиру, обставившие ее как игрушку, на Рождество ездившие во Францию?

Голос жены был уверенный.

Голос был обвиняющий. Голос был страдающий.

Максим щелчком отправил сигарету вниз. Посмотрел в ночь.

Тьма, Тьма надвигается.

Он убил – там, в туалете, Темного мага. Одно из самых отвратительных порождений вселенского Зла. Человека, несущего в себе злобу и страх.

Выкачивающего из окружающих энергию, подминающего чужие души, превращающего белое в черное, любовь в ненависть. Как обычно, один на один с целым миром.

Вот только раньше такого не случалось. Два дня подряд наталкиваться на эти дьявольские отродья: либо они вылезли из своих зловонных нор, либо его зрение становится лучше.

Вот и сейчас.

Максим смотрел с высоты десятого этажа и видел не ночной город в россыпи огней. Это – для других. Для людей слепых и беспомощных.

Он видел сгусток Тьмы, болтающийся над землей. Невысоко, на уровне десятого – двенадцатого этажа, пожалуй.

Максим видел очередное порождение Тьмы.

Как всегда. Как обычно. Но почему так часто, почему подряд? Уже третий! Третий за сутки!

Тьма мерцала, колебалась, двигалась. Тьма жила.

А за спиной Лена усталым, несчастным, обиженным голосом перечисляла его грехи. Встала, подошла к балконной двери, словно сомневаясь, что Максим слышит. Хорошо, пусть так.