Дозоры: Ночной Дозор. Дневной Дозор. Сумеречный Дозор

Людей можно раскачивать в разные стороны, к Добру и Злу, Темных – ловить на их же подлости, на себялюбии, на жажде власти и славы. А нас – брать на любви. Вот тут мы беззащитны, как дети.

– Да.

– Шеф в курсе? – спросил я. – Оля?

– Да.

Она выдавливала слова, будто ей сдавило горло. Не верю! Не бывает стыда у Светлых магов, проживших тысячи лет. Они спасали мир так часто, что знают все этические отговорки назубок. Не бывает стыдно Великим Волшебницам, пусть даже бывшим. Их самих предавали слишком часто.

Я засмеялся.

– Оля, вы поняли сразу? Как только пришел протест от Темных? Идет охота на меня, но ее цель – заставить сорваться Светлану?

– Да.

– Да, да, да! И при этом вы не предупреждаете ни меня, ни ее?

– Светланке надо взрослеть. Перепрыгивать через ступеньки. – В глазах Ольги вспыхнул огонек. – Антон, ты мой друг. И я скажу честно. Пойми, нет сейчас времени полноценно выращивать Великую. А она нужна, нужна более, чем ты можешь себе представить. У нее хватит сил. Она закалится, научится собирать и применять силу, а самое главное – научится ее сдерживать.

– А если я погибну – это только прибавит ей воли и ненависти к Тьме?

– Да. Но ты не погибнешь, я уверена. Дозор ищет Дикаря, все подняты на ноги. Мы предъявим его Темным, обвинение с тебя будет снято.

– Зато погибнет неинициированный вовремя Светлый маг. Несчастный, одинокий, затравленный, уверенный, что он в одиночку борется с Тьмой.

– Да.

– Сегодня ты со мной во всем соглашаешься. – Я говорил без всякой злости.

– Нет. – В ее голосе не было сомнений. Значит, ставки совсем высоки.

– Сколько времени мне надо продержаться, Светлая?

Она вздрогнула.

Когда-то давно, очень давно, это была принятая форма обращения в Дозоре. Светлый, Светлая, почему же слова утратили прежнее значение, почему теперь они звучат так же нелепо, как обращение «джентльмены» среди грязных бомжей у пивного ларька?

– Хотя бы до утра.

– Ночь – больше не наше время.

– Лишь до тех пор, пока мы не найдем Дикаря. Продержись.

– Ольга. – Я шагнул к ней, коснулся ладонью щеки, на миг совершенно забыв о нашей разнице в возрасте – что такое тысячи лет по сравнению с бесконечной ночью, – о разнице в силах, разнице в знаниях. – Ольга, ты сама-то веришь, что я доживу до утра?

Волшебница молчала.

Я кивнул. Говорить больше было не о чем.