Мы будем на этой войне. Не родная кровь

– Да-а! Туда бы сейчас вернуться и остаться навсегда, – вздохнул собеседник.

Андрей Николаевич продолжил:

– Что ж, выноси вопрос на Правление. Думаю, тебя поддержат. Во всяком случае, я точно проголосую «за».

На внеочередном собрании Правления товарищества этот вопрос обсуждали вне рамок протокола. Собственно и собрались только для этого. Но по въевшейся чиновничьей привычке составили формальный документ, куда занесли якобы обсуждавшиеся несколько текущих вопросов, относящихся к хозяйственной деятельности товарищества.

Устно же решили: надо попробовать.

Для этого на внедорожниках Савельева и Артемьева в сопровождении ещё четверых мужчин в качестве пассажиров, имевших охотничьи ружья, отправились к тем самым складам Минобороны, расположенных в окрестностях Красноярска, где служил свояк Юрия Петровича.

По объездным дорогам предстояло проехать порядка ста километров в одну сторону, что для внедорожников сущий пустяк. Но приходилось учитывать весьма вероятные препятствия в виде засад всяких банд, бесчинствующих не только в городе, но и на дорогах, тормозящих всех и каждого в расчёте на поживу, а то и вовсе отобрать машину и вся недолга.

Хорошо, если владельца живым отпустят. Но чаще попросту убивали и бросали тело у дороги в траве, канаве или лесочке. Эти мерзавцы никого уже не опасались. Пришло их время…

* * *

Внедорожники незаметно пожирали километры неровной асфальтированной дороги, покрытой густой сетью больших и малых трещин.

За окнами плыли заброшенные, никем не обрабатываемые поля, рощицы, мелькали опоры ЛЭП, тянулись тяжело провисшие провода, электроэнергия по которым пока ещё поступала, но уже с частыми перебоями.

С чистого без единого облачка голубого неба припекало солнышко. Даже не верилось, что рядом, в городе в это самое время бесчинствуют всякие молодчики; улицы опустели, повсюду пыль, мусор, сгоревшие машины, разбитые витрины; переполненные страхом обыватели заперлись в своих ненадёжных убежищах… А здесь – благодать, будто и в самом деле ничего ужасного со страной и людьми не происходит.

Савельев немного опустил боковые стёкла. Он не любил «климат-контроль» летом, предпочитая естественную вентиляцию салона.

Дорога была пустой, поэтому у Андрея Николаевича имелась возможность посматривать по сторонам. Он с лёгкой грустью вспоминал молодость, когда купил первую свою машину – подержанную праворукую «японку».