Мы будем на этой войне. Диверсанты

Их непримиримые враги федералы тоже уверены, что воюют за страну, за справедливость, за свободу.

Все действующие лица вымышлены и не имеют реальных прототипов. Любые возможные совпадения событий и эпизодов, в которых оказываются мои герои, с событиями и эпизодами, может быть, когда-то и где-то происходившими либо встречающимися в произведениях других авторов, – не более чем случайность, каких в нашей беспокойной жизни великое множество.

Надеюсь, человечество исчерпало лимит на войны, геноцид, террор, революции и преступления.

Хочется верить, Россию ждёт великое будущее, и она никогда не сорвётся в пропасть гражданской бойни.

Сергей Лобанов

Пролог

Алексей Туркалёв сидел за старым, давно рассохшимся покачивающимся на ненадёжных ножках столом с круглой потёртой столешницей. Не менее древний стул меланхолично скрипел от каждого движения капитана.

Четверо товарищей офицера – такие же молодые и крепкие телосложением, дрыхли в этой же комнате.

Лейтенант Виктор Седых, носивший позывной – «Негатив», и старший лейтенант Юрий Шахов с позывным – «Бек», спали на разложенном продавленном диване.

Лейтенант Рустам Мамбеталиев с позывным – «Мамба» уютно свернулся калачиком на кровати. Он единственный из группы не был кадровым военным, но в своё время его заметило командование и направило на специальные курсы, где Рустам освоил профессию снайпера и получил офицерское звание.

Старший лейтенант Ринат Кубаев с позывным – «Куба», спал на обычном матрасе, расстелив прямо на полу. Он незадолго до войны окончил элитное учебное заведение, единственное в стране имеющее почётное право проводить выпуск молодых офицеров на Красной площади, – Московский общевойсковой Военный институт Военного учебно-научного центра Сухопутных войск.

Алексей Туркалёв носил позывной – «Янычар». Он окончил Рязанское высшее воздушно-десантное командное училище, и на этой войне успел дослужиться до звания капитана, получив его, командуя группой диверсантов, созданной по личному распоряжению большого офицерского чина.

Парни меж собой называли его Большой Папа или Астроном – за большие, уставного размера четырёхсантиметровые звёзды на беспросветных погонах.