Пикник на краю одиночества

Но я тогда это как-то смутно почувствовала и не додумала. Странно еще, что меня в тот момент не озадачило, что ты занят своей камерой, а не моими поисками. Но я тогда, вообще, не могла ни за одну мысль «зацепиться». Весь день я копалась в себе и делала все как бы по инерции. Я даже толком не могла понять, хочу тебя еще видеть или нет. Все думала про себя и надеялась, что Вадим позвонит. Вот позвонит, и все станет ясно, как только я услышу его голос. Но он не позвонил, а я не хотела вспомнить, что сама просила его не разыскивать меня в Москве.

У него был пунктик на ревности. Он ревновал меня к прошлому, к друзьям, которых не знал. И мы пытались вместе с этим бороться. Но сегодня мне так нужен был его звонок, а он не случился. Я все пыталась выработать у себя отношение к тому, что произошло. Последний вариант был, отнестись ко всему, как к простой неверности. Но Вадиму я, конечно, ничего говорить не собиралась. В конце концов, что такое одна ночь по сравнению с тем, что я его по-настоящему люблю. Да это ничего не значит. Господи, господи, и чему я научилась рядом с тобой. Но когда тебя увидела, я ничего такого не думала, я продумала об этом весь день. А тогда просто побежала к машине. Вернее, хотела побежать, но не побежала. Решила, что раз ты меня не ищешь, то нечего и мне прыть проявлять. А скорее всего, просто не могла никаких резких движений делать. Кажется, я уже сильно устала, еще когда из Москвы выезжали. Стало почти совсем темно, пока добралась до машины. Насколько увеличиваются расстояния, когда ходишь пешком. В нескольких метрах от меня темнел карьер. Сумерки постепенно заполняли его, оседая на дне чаши густым черным туманом. Я уже не могла разглядеть, чем ты там занят. Подошла, а ты роешься под передним сиденьем. Я тронула тебя за плечо. Господи, где был мой внутренний голос, предостерегающий меня во всех случаях жизни, где была моя интуиция?! Такого ужаса я не испытывала давно. Ко мне обернулся парень, на вид ему было не больше двадцати, а может и того меньше. Что можно разглядеть в такой темноте, да еще ожидая увидеть совсем другое лицо? Правда потом я часто вспоминала об этом моменте, как будто, не ошибись я тогда, и все могло пойти по-другому. Со спины он, действительно, походил на тебя. Та же сутуловатая спина в черной футболке и волосы, собранные в хвостик, выбиваются из резинки и рассыпаются по шее темными завитками. Но, когда я увидела его лицо, я страшно закричала, даже подумать не успела. Нет, конечно, успела. О тебе.