Послесказие. Сборник

Пальцы казались брёвнами. Огромными, твёрдыми и гибкими.

Если бы Беляш мог просочиться сквозь эти пальцы…

Не мог.

Сознание Беляша выло и металось в сдобном теле, просчитывало бесполезные варианты спасения. Беляш не знал, каким образом он видел, и были ли у него вообще глаза. Но сейчас, когда он попробовал их закрыть, видимая картина мира исчезла. Остались только звуки.

И от самого жуткого из них было не скрыться. К сожалению, это был звук человеческого голоса.

– Попался!

В голосе лысого чувствовалось довольство собой, таким ловким.

«Что он обо мне знает?» – размышлял Беляш. Он набрался смелости и вернул себе зрение. Над ним нависал рот – нехороший, некрасивый, с прихотливо изъеденными скалами кариозных зубов.

«Я погибну? – подумал Беляш. – Но зачем тогда я вновь родился? Бог ведь – не фраер. Без цели фокусничать не станет. Значит, я ему нужен. И, может быть, выживу».

Эта мысль придала Беляшу смелости. Беляш рискнул рассмотреть своего мучителя.

Классификация людей по типам (опыт вора в законе)

Сашка Беляш потому и был коронован, что мог с первых секунд классифицировать собеседника и понять, с кем имеет дело.

В данном случае Беляшу было очевидно, что сейчас угроза его жизни исходит от человека, подобных которому вор в законе называл х..нариками.

Х..нарики были переходным звеном эволюции между чепушилами и нормальными пацанами. С чепушилами х..нариков роднила мелочность устремлений и копеечность выгод.

В любом случае, погибать от зубов презренного существа Саньке Беляшу совсем не хотелось. Саньку называли королём Кагалыма. А лысый в лучшем случае был королём вокзальной урны. Да и то – регалию эту могли и оспорить.

Беляш ощутил ненависть, ощутил жажду жизни.

– Отпусти! – пискнул он на пределе сил кулинарного своего тельца.

– А ну, стопэ! – произнёс мучитель. – Так ты в натуре разговариваешь?

23 минуты назад

В вагон электрички, следовавший из города Лобня на Савеловский вокзал Москвы, со стороны ближайшего тамбура вошёл лысый человек в невзрачной клеёнчатой куртке и грязных джинсах. Немолодой, но и до старика ему было далеко.

Он дождался, когда допоёт инвалид с гитарой, развлекавший вагонную публику жалобной песней.

Я вот так потерял свою ногу.