Язва

Полковник достал неизменный «Беломорканал», вытянул папиросу и, скомкав, выбросил пустую пачку в мусорную корзину. Офицеры переглянулись. Всему городку известно, что командир части утром открывает первую пачку, после обеда вторую. В чрезвычайных ситуациях, вроде прошлогодней внеплановой инспекции из управления, дневное количество пачек может увеличиться до трёх. Но чтобы полвосьмого уже закончилась первая, такого не мог припомнить даже замполит, побывавший вместе с командиром в зоне ограниченных военных действий за пределами Союза.

– У кого есть конкретные предложения, товарищи офицеры?

Огонёк спички в руках полковника предательски подрагивает, в голосе плохо скрытая растерянность. Воцарившуюся в кабинете тишину разрывает сигнал красного аппарата без диска.

– Полковник Савельев.

– Я доложил по инстанции. – С места поднялся майор Сазонов. – Вы же знаете инструкцию, товарищ полковник.

– Савельев у аппарата, товарищ генерал… Так точно… выясняем… только старшие офицеры… есть, товарищ генерал!

Полковник сделал нетерпеливый жест. Офицеры быстро вышли в приёмную, майор Сазонов плотно прикрыл дверь. Через несколько минут на столе дежурного замигала красная лампочка.

– Слушаю, товарищ полковник! Так точно! – дежурный положил трубку. – Заходите, товарищи офицеры.

В настроении командира произошла разительная перемена. Растерянность во взгляде сменила привычная суровая уверенность.

– Гарнизон переводится на военное положение. Вы все знаете, что нужно делать. Главное: командование поставило задачу любой ценой избежать огласки. – Взгляд полковника упёрся в начальника особого отдела. – Это приказ, майор.

– Так точно, товарищ полковник. Обеспечить неразглашение. Разрешите выполнять?

Глава 2. Кабинет номер шесть

02 апреля 1979 года, около восьми утра, станция скорой медицинской помощи.

Сдав смену, Андрей почти бегом направился к себе, в шестой кабинет на втором этаже. «Как быстро привыкаешь, – думал он, доставая ключ с круглой зелёной биркой и номером шесть, нарисованным от руки белой краской.