Петра. Часть I

Одноклассник Володя с седьмого класса упорно приглашал ее, то на каток, то в кино, и не позволял никому в школе даже задуматься о том, чтобы посягнуть на его любовь. Вова к выпускному вымахал до метра девяносто, состоял в юношеской сборной Москвы по баскетболу и много лет был безответно влюблен в одноклассницу Терентьеву.

Когда в жизни Петры появился Михаил, Вова официально сообщил девушке, что покалечит его. Петра, по совету бабушки, доступно ему объяснила, какими потерями, и прежде всего для его любимого спорта, грозит ошибочное поведение, и Вова, имеющий большие спортивные планы, вынужден был ретироваться.

На выпускной вечер Петры пришла вся семья. Несмотря на невероятную занятость, папа и мама за месяц взяли отгулы на этот важный день. Бабушка хлопотала всю неделю до важной даты, колдовала над платьем внучки, примеряла, утюжила и продумывала, какую сделать Петре прическу.

Олег Петрович по просьбе директора должен был произнести напутственную речь. Мама составила любимой учительнице Петры, Анжелике Порфирьевне, такой букет, что та, обычно сдержанная на похвалы, пришла в абсолютный восторг.

– Спасибо! Это не букет, это – произведение искусства. У Вас, Мария Андреевна, определенно талант. А Ваша дочь, я должна признать, явно не лишена литературных способностей.

– За это – Вам спасибо!

– Благодарите себя за гены и правильное воспитание Петры.

– А сейчас, – визгливо произнесла в микрофон Олечка Медведева, – вальс! Исполняют Петра Терентьева и… э-э Михаил Вишневский. Вальс!

Петра ободряюще взглянула на Мишу, и на мысленный счет «три» они плавно двинулись по актовому залу.

Михаил не замечал ничего и никого вокруг. Лица, шары, все слилось в музыке, движении и глазах шоколадного цвета.

– У меня руки все вспотели! Какие там руки, я, кажется, весь взмок от волнения! – воскликнул Миша, после того, как они сорвали шквал аплодисментов.

– Бабуль, пап, мам, как мы? – взволнованно требовала авторитетного мнения близких Петра.

– Вы были великолепны, молодцы, репетиции не прошли даром, – хором хвалили родители.

– Неплохо, – сказала бабушка, промокнув слезу.

– Ура!

Петра и Михаил снова схватились за руки и закружились по холлу.