Анютины глазки. Первая любовь и последняя. Любимый Иркутск

Но он, этот принцип, с Вадимом почему-то не срабатывал.

А крутые герлы не могут оставаться в долгу. Поэтому они начали соревноваться между собой – кто будет круче в благодарности к целителю. В тайной благодарности, выраженной в денежном эквиваленте инкогнито.

А Ирина захотела отблагодарить целителя еще и своим знойным телом. Как это сделать, она продумала заранее. Когда Вадим делал ей массаж, Ирина выбрала подходящий момент и, нашарив через белый халат Вадима в его семейных трусах нечто очень важное, ухватилась за него.

– Вадик, дорогой, я хочу попробовать в работе твоего мальчика. Мне очень хочется, чтобы завершающий аккорд в симфонии исцеления прозвучал на волне глубокого всепоглощающего оргазма с участием этого великолепного музыкального инструмента. Нет, нет, не отказывай мне сразу. Пожалей свою преданную пациентку. Я просто истосковалась, я измучила себя в грезах о близком контакте с тобой. Ведь это же лечебный сеанс, он ни к чему нас не обязывает. Побудь во мне, побудь со мной.

Ирина начала ощущать, как аппарат Вадима стал расти в размерах и укрепляться.

Как огромные силы стали заполнять этот, безусловно, восхитительный музыкальный инструмент. Как по телу Вадима пробежал ветерок легкой дрожи.

«Вот это аппарат! У моего крутого перца он намного скромнее», – застучало в висках у перевозбужденной и закипающей как вулкан девушки.

– Вадим, я заплачу тебе за эти мгновения десять, нет, двадцать тысяч баксов, только ты исполни мое желание, – стонала вконец разомлевшая Ирина.

 – Войди в меня, дорогой мой, войди…

Вадим молча положил руку на лобок молодой красавицы… От манипуляций его пальцев точка G Ирины завибрировала, как пульсар в созвездии Ориона. В комнате разлились космические энергии галактического восторга и вселенской истомы. В турбулентном потоке струйного оргазма от руки Вадима Ирина тонула, захлебываясь в клубящейся пене наслаждения. От сладострастия тело девушки трясло, как отбойный молоток строителя. Длинный по продолжительности оргазм Ирины сменялся множеством коротких всплесков, как световыми взрывами зарождающихся во Вселенной звезд, ее крутило в восторженном вихре торнадо восхитительных чувств наслаждения.

Затем она, совсем обессилев, потеряла сознание. Как сквозь туман Ирина услышала стон Вадима, и ее рука стала ощущать влажную теплоту его извергнувшегося семени. Потом наступила тишина.

– Ирина, прошу тебя, не сбивай меня с моих же установок. Я не должен иметь и не имею секса с моими пациентками.