Вопреки всему

 – Елена Александровна, сняв очки, выжидательно смотрела на нового руководителя. – Маргарита Сергеевна, когда переходили к педагогическим вопросам, меня и Михаила Степановича отпускала, – уточнила бухгалтер.

Казанцев не знал, что лучше – отпустить бухгалтера и завхоза, как делала до этого Пикуза, тем самим поддержать правильность ее организационных подходов, или прямо сейчас начать вводить свои правила игры?

– Вы свободны, – наконец-то принял решение Казанцев.

Семин, шевельнув усами, первым направился к двери, на ходу захлопнув синюю кожаную папку, и так же быстро выскользнул из кабинета.

Под конец совещания Казанцев понял только одно – прав был Гранин, когда говорил, что директор колледжа – это в первую очередь завхоз. И он сам, Максим Гранин, тоже завхоз. И разница между ними лишь в масштабах и в степени ответственности.

– Людмила Аркадьевна, задержитесь на минутку, – то ли попросил, то ли приказал Казанцев.

Совещание закончилось. Первой поднялась Пикуза и, ни на кого не глядя, направилась к двери. Белевич застучала высоченными каблуками вслед за ней. Станислава Игоревна начала искать в сумке телефон и явно не собиралась так быстро покидать директора, и только встретившись с неодобрительным взглядом завуча, поспешно закрыла сумку и вышла из кабинета.

– Я вас слушаю, Марк Дмитриевич.

– Я по поводу Хмелевского. Почему его не было на совещании?

– Ах вот вы о чем? – Людмила Аркадьевна спрятала очки в футляр и, близоруко щуря глаза, посмотрела на Казанцева.

– Но ведь вы не только из-за этого выступили против его кандидатуры?

– Из-за этого тоже. Не хочу о коллеге говорить плохо, но Хмелевский не из тех, кто будет работать. Он, как бы вам сказать… Я завучем работаю больше двадцати лет и, поверьте, коллектив знаю. Никакой предвзятости к Хмелевскому у меня нет.

– Посмотрим, – неопределенно сказал Казанцев.

– Марк Дмитриевич, я собиралась уходить с должности, как только на пенсию ушел наш прежний директор. Думала, что Маргарита найдет себе заместителя помоложе, но она уговорила меня еще поработать. Это я к тому, что мое заявление о переводе на преподавательскую должность лежит без подписи теперь уже в вашем столе, – улыбнулась Кудрявцева.