Эмиссар смерти

– Погоди, – Сергей перебил ее – не совсем будущее, пока только значимые, точнее судьбоносные события. Те, которые меняют жизнь человека, что-то вроде перекрестка, хотя нет. Не перекресток, а поворот или развилка. Сам пока не понял еще.

– Фигасе.

– Ага, прикинь. Вижу я все эти события только посмотрев в глаза, чем дольше смотрю, тем дальше вижу.

– И сейчас? – спросила Наталья. Они оба понимали, что уже долго смотрят в глаза друг друга.

– И сейчас, – ответил Сергей. Он так увлекся, что даже не моргал.

– Заяц, расскажи, что ты увидел, какие у меня повороты в судьбе?

– Ты действительно хочешь этого, – заговорческим голосом сказал Сергей, разыгрывая Наталью.

– Эй. Хватит меня пугать.

– Да не пугаю я, – сказал он спокойным голосом, думая о том, что действительно мог ее напугать – извини. А ты чего, и правда напугалась?

– Немного. Напугаешься тут, вообще до усрачки можно напугаться.

– Наташ, все будет, как будет. Понимаешь, я не могу менять происходящее.

И ты не сможешь, никто не сможет.

– Даже она?

– Вот этого я не знаю. Пока не знаю, – сказал он и подумал, как мало он знает.

– Ну все же, что ты увидел?

– Давай так, я не увидел ничего плохого, точнее из ряда вон.

– Давай так, ты мне расскажешь, но когда сам будешь готов, только обязательно расскажи.

– Хорошо, – сказал он, улыбнулся и послал поцелуй, чмокнув воздух. Она чмокнула в ответ.

– А от чего я должна была охренеть? От этого? – не могла она угомониться.

– Андрей, термит. У него целая череда несчастий. Представляешь, у него отец прям скоро умрет, потом мать, следом. У отца рак или что-то такое, а мать от ковида.

– Аааа, блин. И как … – она не знала, что спросить. Всем своим видом она показывала, что сильно поражена и подавлена такой новостью. С Термитом они почти дружны и он не был чужим.

– Да. И самое поганое, что ничего нельзя изменить. Я с ней разговаривал, спрашивал. Нет говорит.

Ни сделать ничего нельзя, ни сказать, ни изменить. Хрен знает, как так, но вот так. Знаешь, я уж думал, успокаивал себя, что до всего этого я же не знал ничего и не видел, поэтому как будто ничего и не видел. Но сука, так не работает, я видел, – Сергей завел себя и был в отчаянии.

Повисла тишина, они сидели и каждый думал о происходящем. Сергей думал и о том, что увидел в жизни Натальи. Ее мать болела, уже давно она была на гемодиализе.