Эмиссар смерти

– О, привет, тоже за пивчанским? – спросил сосед.

– Да, денёк сегодня, я тебе скажу, полная жопа.

– Случилось чего?

– Да. Но, слава Богу, не со мной, – сказал Сергей, снимая толстовку.

– А Богу-ли? – услышал Сергей, пока вытаскивал голову из толстовки и спросил, – а кому еще? Впрочем, может и не Богу, а? – спросил он соседа.

– Чего Богу, не Богу?! – стоял тот в недоумении.

– Слава, говорю Богу или еще кому?

– А. Ну да. Ладно, пошел я, так понимаю, ты меня не довезешь, – сказал он, помня рассказ Сергея о том, что байкеры возят сзади только женщин, так как есть правило, села – дала.

Они улыбнулись друг другу, так как оба понимали, о чем идет речь.

Попрощались, помахав рукой.

До дома оставалось пятьсот метров. Сергей знал, что жена уже ждет его. Собака знала звук его мотоцикла и начинала бегать от окна к окну, ждала, когда «папа приедет».

Подъехал к дому, Наталья навстречу, собака впереди.

– Все, «папа дома» – сказал Сергей и первой обнял собаку и чмокнул ее в нос. Подошла жена.

– Заяц, я так по тебе соскучился, – сказал он и подумал, что нет ничего лучше, вернуться туда, где тебя ждут и где тебе рады.

– Рада! – прикрикнули они хором, когда собака влезла своей мордой между ними, со своими собачьими радостями и поцелуями.

Рассказав все Наталье, Сергей еще раз пережил все увиденное. Он был выжат, но не стал ограничиваться в подробностях, хотел, чтобы Наталье было интересно послушать, и она не тянула из него слова.

Закончив свой рассказ, он обнял ее, прижал к себе и так они сидели на ступенях крыльца своего дома.

– Идём домой? – спросила она.

– Да, пойдем. Ты иди, а я с Радой прогуляюсь и домой.

– Хорошо, давай недолго, – сказала она, открыла дверь, – иди с папой гулять, – позвала собаку. Но её и звать не надо было, она уже пробежала мимо и уткнувшись носом в траву вынюхивала, что же произошло в её отсутствие и кто из её друганов прибегал пометить территорию.

– Рада, давай в туалет, быстро, – торопил её Сергей. – Давай, давай.

Он смотрел на собаку.

– Как же сильно я люблю тебя Радка, – думал он. Эта, когда-то мелкая шавка, выросла большой красивой собакой семьдесят сантиметров в холке. Курдюмская овчарка, так Сергей охарактеризовал ее породу. Все соседи думали, что она породистая. Он делал ей массаж ушей, чтобы они не висели, а стояли торчком. Вероятно, из-за торчащих ушей ее и считали породистой.