Квант безумия

Павел Сергеевич убедился, что снаружи никого нет, и плотно затворил за собой дверь.

– Ну, вот мы и в сборе, – сказал он, садясь на свой стульчик у камина.

Вновь прибывший коротко со всеми поздоровался и сел на диван, поставив возле себя портфель. Его звали Олег Андреевич Маслов. Он возглавлял Институт геополитических проблем и был президентом Фонда «Спасение», имеющего весьма солидные счета во многих банках мира. Кроме этого, Олег Андреевич был одним из лидеров не крупной, но уже заметной социально-патриотической партии, имел большие связи в различных кругах, в том числе и приближенных ко двору, и оказывал известное влияние на ход некоторых политических событий в России.

В отличие от ожидавших его «стариков», чья звезда закатилась давно и невозвратно – впрочем, кое-кто из них отнюдь так не думал, – Олег Андреевич, которому было всего лишь каких-то пятьдесят восемь лет, только-только вошел в свою настоящую силу и всерьез считал себя деятелем довольно-таки мирового масштаба.

– Однако ты не торопишься, – проворчал Семен Игнатьевич.

– Дел много, Семен Игнатьич, – не глядя на него, быстро ответил Олег Андреевич. – Пока везде успеешь…

– Хм, дел много. Знаю я твои дела: языком молоть с утра до вечера. Политик, твою мать…

– Семен Игнатьич, – блеснул очками Маслов, – прошу вас, не надо этого тона. Если вы мой тесть, это еще не значит, что я обязан терпеть ваши оскорбления.

– А тебя никто пока не оскорбляет, – ничуть не смутился Семен Игнатьевич. – Но извиниться бы не мешало: мы тут не мальчики тебя ждать, а ты не красна девица, чтобы на целый час опаздывать.

– Я уже извинился, как только вошел, – не сдавался Маслов. – Хотя причины моей задержки более чем убедительны. Я все-таки директор солидного учреждения, руковожу большим коллективом, у меня много срочных дел, и, кроме того…

– Да угомонись ты, директор, – махнул на него своей распухшей ручищей Семен Игнатьевич. – Если бы не я, ты до сих пор был бы жалким лаборантом в своем нищем НИИ.

– Ну, знаете, я тоже кое-что умею, – вспылил Олег Андреевич.

 – И не надо меня каждый раз носом тыкать в свое покровительство. Если вы помните, я вас ни о чем таком не просил.

– Зато жена твоя просила, – хмыкнул Семен Игнатьевич. – По твоей же просьбе. Всю плешь мне проела: дай, папа, Олегу денег да дай, поговори со своими знакомыми да поговори, пусть ему помогут! Так что каждый сверчок…

– Ладно, товарищи, оставим этот неуместный спор, – вмешался Петр Петрович.