Чужие души

Если, не дай бог, окажется, что фонд «Рука помощи» хоть каким-то образом имеет к нашей компании отношение…

Говорить дальше, что ждет Антона Задонского в случае его причастности к организации благотворительного фонда за его спиной, Круглов не стал. Они посидели еще некоторое время, молча думая о своем.

– Ты не опоздаешь на самолет? – буднично спросил Задонский, которому не терпелось побыстрее спровадить Круглова. И уловив нетерпение в голосе Задонского, тот не спеша поднялся, забрал брошенный пиджак и, не прощаясь, покинул кабинет.

Антон взял газету и внимательно прочитал статью. «Вот дура, – сквозь зубы процедил Задонский. – Хорошо, что куриных мозгов хватило мою фамилию не назвать, а то пришлось бы вешаться при Круглове».

Если бы он сейчас спустился вниз, то мог бы догнать Круглова и все рассказать. И покайся он сейчас, Олег простил бы его. Конечно, цена прощения – выход из компании. Узнай, какой благотворительностью он занимается, чистоплюй Круглов работать с ним не станет.

И это – полбеды. Только Круглов на этом не остановится. Будет переть как танк и уничтожит все, что он создал, а заодно и его, Антона Задонского.

Круглов давно уехал, а Антон все сидел в кресле для посетителей. Он мог еще догнать Олега в аэропорту и попытаться объяснить, что бес попутал или кто-то другой. Но ничего не стал делать. Просто пересел в свое кресло директора компании «Рука помощи».

«Да кто ты без меня, чистюля, «ботаник» лабораторный? Так, один пшик, – дал волю накопившейся злобе Задонский.

 – Что ты можешь без меня? Видите ли, статья его задела. – Антон со злостью сгреб газету и, скомкав, швырнул ее вслед давно ушедшему Круглову. – А ведь вернется и до всего докопается. Найдет журналиста, съездит в реабилитационный центр. И не остановится, черт бы его побрал, пока все не выяснит».

Утреннее настроение, приподнятое благодаря полученной дарственной, растаяло без следа. На решение проблемы оставалась ровно две недели. Задонский подвинул ближе к себе календарь и обвел черным кружком дату возвращения Круглова из командировки.

Поездов Саша не любила. Время в дороге всегда тянулось необычно долго. Глаза от чтения быстро уставали, слушать музыку с наушников, когда каждый звук впивался в мозг, она не умела. Оставалось одно занятие – смотреть в окно и наблюдать за однообразным пейзажем. Она всегда завидовала тем попутчикам, которые могли спать всю дорогу. Ей самой уснуть удавалось только под утро.