В Венесуэле скучно без оружия

При этом девушка премило тыкалась носиком ему в шею. Рубашка Романа, которую она накинула в качестве пеньюара, делала ее удивительно домашней. Такая белокурая кошечка с изящными лапками и сероглазой мордочкой.

– Ну, пока, – похлопал Иру по упругой попке Роман. – Просто захлопнешь дверь, когда будешь уходить.

– Хорошо.

Она прижалась к нему всем телом, на миг заставив его забыть, что ее появление здесь – лишь следствие суровой научной необходимости.

– Я буду ждать твоего звонка.

– Жди.

Садясь в машину, Роман подумал, что сдать анализ на ВИЧ все-таки придется.

Москва, ГРУ, 17 сентября 2008 года

Дубинин что-то внимательно разглядывал на экране монитора.

– Знакомого увидел? – входя, спросил Роман.

– Угу, – промычал Дубинин.

Он пощелкал клавишами, меняя ракурс.

– Присядь на минуту.

Роман сел к столу, заглянул краем глаза в экран. Увидел улыбающуюся брюнетку испанского типа.

– В «Одноклассники» залез, подполковник?

– Заткнись, – посоветовал тот.

Роман не обиделся. Их полуприятельские отношения допускали до ту известных пределов фамильярность, которая шла этим отношения только на пользу.

Он достал сигареты и полез в другой карман за зажигалкой.

– Морозов, – не отводя глаз от экрана, проворчал Дубинин.

Роман понюхал сигарету, вложил обратно в пачку.

– Сам не живешь и другим не даешь, – заметил он. – Что ты за человек такой?

Дубинин оторвался от компьютера. Его глаза прошлись по небритым щекам Романа, по распахнутому вороту сорочки, по модной, «домиком», стрижке.

– Ну, извини, не успел, – повинился Роман.

Он знал, как генерал Слепцов не любит неуставной вид у подчиненных. Служака старой закалки, Слепцов буквально заболевал, когда видел растительность на лице или вычурность в одежде. По его мнению, разведчик должен являть собой образец офицера, независимо от того, в форме он или в гражданском платье. Стоило посмотреть на Дубинина, чтобы понять, как должен выглядеть настоящий офицер.

А он, капитан Морозов? Потрепанный жизнью пижон, завсегдатай ресторанов и ночных клубов, головная боль и позор отдела. Обычно Роман перед приходом в контору переодевался в серенький костюм, стоптанные ботинки и повязывал самый унылый галстук. И прическу малость укрощал, придавая ей любезную взору Слепцова гладкость и незаметность. Но сегодня на все эти ухищрения не было времени, да и перед испытующим Ириным оком не хотелось видоизменяться столь явно.