Удар блокируют ударом

Я очень дорожу и тем, и другим. А если начнутся полицейские разбирательства, все это может рухнуть. Здесь реноме стоит очень дорого, я не могу им рисковать. Это вам понятно?

– Конечно.

– К тому же, вы хотите, чтобы я помогла вам заполучить список, который хранится у дедушки. Значит, вы и должны разобраться, кто за мной следит, и сделать так, чтобы от меня отстали. Или вы хотите разгрести жар чужими руками?

– Иногда это неплохо…

У Марты потемнели глаза.

– Но не в этот раз, – быстро закончил Роман.

 – Значит, останавливаемся на первой версии. То есть за вами следят люди, посланные оттуда.

– Я уверена, что это именно так.

Роман помолчал, наблюдая за тем, как молодой человек выписывает чек. Жак стоял в двух шагах, прижимая сложенные руки к груди. Девушка хозяйственно поглаживала раму купленной картины.

– Но я не могу понять их логики, – сказал Роман, возвращаясь к вопросу, который поднял в машине. – Какой смысл в том, чтобы наблюдать за вами? Ведь это может затянуться на неопределенный промежуток времени?

– Я не знаю, какой у них смысл, – сказала Марта.

 – Наверное, они что-то узнали…

– Что узнали? Что вы хотите ехать в Польшу за списком? – удивился Роман.

Марта пожала плечами, как бы говоря: почему нет?

– Но это невозможно. Это секретная информация.

– Вы думаете, только ваши спецслужбы умеют похищать секреты?

– Ах, вот вы о чем… – осекся Роман. – Да, действительно. Я как-то не…

«А ведь она права, – подумал он.

 – Все секреты, особенно злободневные, витают в воздухе. Утечка информации – бич любой разведки, в том числе и нашей. Возможно, американцы что-то перехватили и передали полякам. Это уже серьезно. Если за нами уцепится хвост от самой Франции, оторваться от него в Польше будет мудрено. Надо все решать здесь».

Жак тем временем, приняв двумя пальцами чек, ловко завернул картину в бумагу, обвязал шпагатом и торжественно вручил счастливым покупателям. Сделка была заключена с отменной быстротой и легкостью.

Молодые люди, слегка ошарашенные, двинулись к выходу, сопровождаемые лопочущим любезности Жаком. Парень тащил картину под мышкой, стараясь не задевать углами стен, девушка ему помогала.

Жак забежал вперед, открыл двери, поклонился на прощание, помахал рукой. Парень принялся запихивать картину на заднее сиденье машины – новенькой «БМВ» шестой модели.

«Профессионал», – с доброй завистью подумал о мсье Ланглуа Роман.