Курильская обойма

Держась почти у самого дна, они взяли направление в открытое море и вскоре бесследно растворились в безграничной подводной тьме.

На яхте тоже все затихло. Палуба опустела. Лишь в рубке остался вахтенным молодой японец, сменивший своего старшего товарища.

10 октября, вечер, Подмосковье

Сергей Ильич Демидов сидел по самую шею в большом деревянном чане, наполненном горячей водой. Вода для него была слишком горяча, но он терпел, показывая всем своим видом, что находится наверху блаженства.

Рядом с ним в таком же чане возлежал, прикрыв веки, пожилой японец.

От воды шел густой пар. Казалось, что японец варится заживо. Сергей Ильич с некоторым страхом посматривал на своего соседа. Как бы он того, не превратился в вареную говядину. С кем тогда вести дела?

А дела для господина Демидова, дородного мужчины сорока девяти лет, коренного сибиряка, депутата Государственной думы от фракции «Единая Россия», складывались весьма и весьма неплохо.

В Думе он возглавлял комитет, занимающийся проблемой Курильских островов.

Тех самых, на которые настойчиво высказывала свои притязания Япония.

Проблема числилась в разряде архиважных и была на контроле у президента. Поэтому комитет не страдал от недостатка средств, а Сергей Ильич, как его глава, мог запросто входить в самые высокие кабинеты и на короткой ноге общаться с представителями многих, не последних в мире, государств.

Особенно, понятное дело, частенько он пересекался с посольскими работниками из Японии. Все это происходило вполне легально.

Проблема существовала еще с советских времен. Но несмотря на все усилия японцев, руководство СССР твердо стояло на том, что «что с возу упало, то пропало», и точка. И не допускало ни малейших уступок.

Затем Борис Николаевич активно обсуждал ее в годы своего достопамятного правления и от широты души чуть ли не отдал японцам все, что они просили. Хорошо, вовремя остановили… Путин повел себя иначе – он-то хорошо понимал, что значат Курилы для России, – и дал понять, что ничего никому возвращать не собирается.

Японцы, взбодрившиеся было при Ельцине, приуныли, но надежды не оставили. Переговоры вступили в новую фазу, в ход были пущены различные политические уловки и многоходовые финансовые комбинации.

Для Сергея Ильича Демидова, человека ловкого и не лишенного практической смекалки, не составило труда определиться с выбором генеральной линии. Особенно после того, как ему было сделано деловое предложение с японской стороны.