Курильская обойма

Зря он это сделал, зря…

Одним легким движением Роман перехватил мизинец и легонько его заломил. Так, чтобы и не сломать совсем, но чтобы и боль была чувствительной даже для сильно пьяного человека.

– Ё-о!.. – охнул Колян и от неожиданности выпустил пленницу.

Девушка отскочила на пару шагов, но поле битвы не покинула. Потирая кисть, она с интересом принялась наблюдать, чем закончится неравная схватка. А может, хотела помочь Роману. Все-таки полтора на два – это лучше, чем двое против одного.

– Говорил же, давайте по-хорошему, – скучно заметил Роман, жестко придерживая мизинец.

– Пусти, падла! – выдохнул Колян, убедившись, что освободиться от захвата не получится.

– Только при том условии, что ты не будешь махать руками, – сказал Роман. – Обещаешь вести себя хорошо?

Он все еще надеялся, что ему не придется пускать в ход свое умение отключать людей. Все-таки парни ничего сверхплохого не сделали. Ну, пристали к девушке по пьяной лавочке – с кем не бывает? И если бы они проявили благоразумие, Роман не стал бы украшать улицу парой безобразно лежащих тел.

Неизвестно, как повел бы себя дальше Колян, до которого что-то медленно начало доходить, если бы в дело не вмешался Леха. Огромный парняга килограммов под сто двадцать весом, он не успевал в силу темперамента и отуманенного алкоголем мозга уследить за диалогом и сменой событий. Но тут его словно прорвало, и он решительно полез отбивать друга от супостата.

– Ах ты, х-хад! – выдохнул Леха.

При этом он богатырски развернулся и по широкой, как взмах косы, траектории пустил свой громадный кулак в Романа, намереваясь пришибить его на месте, аки клопа поганого.

Девушка прижала руки к щекам и пискнула от ужаса. Угроза и в самом деле была нешуточной. Таким ударом можно было запросто свалить быка, не то что тощего на вид Романа.

Но Роман не стал принимать летящую в него кувалду. Была б охота изображать из себя монумент Героя! Он лишь отступил в сторону и одновременно резко поддернул на себя заломленный мизинец Коляна.

Колян, хрюкнув от боли, подогнул колени и непроизвольно сделал шаг вперед.

И в этом миг кулачище Лехи впечатался ему аккурат в самый лоб.

Звук был такой, будто сшиблись два грузовика. Затем Колян медленно отделился от земли, взлетел в воздух и рухнул на спину. Дабы не мешать полету, Роман его мизинец великодушно отпустил.

Леха взвыл от боли, расшибив кулак о гранитный лоб Коляна, и какое-то время никак не мог понять, что произошло.