Запретная магия

Появление чудовища из иного измерения изменило порядок движения посольства. Поутру выступили из «Перекрестка королей» так, словно вокруг бушевала война – с изготовленными к бою рыцарями и сержантами. Вчера сопровождающая сотня скакала на конях позади трех посольских карет, и почти все ехали налегке: доспехи и большую часть оружия везли заводные лошади. Лишь дюжина рыцарей и сержантов да люди Ленара были снаряжены к бою – тогда этого казалось достаточно.

Сегодня все иначе. Впереди посольства шел дозор, а с двух сторон от дороги – отец сказал бы, что по флангам – скакали разъезды.

Непосредственное сопровождение разделилось на две части. Половина рыцарей и их ратников шла перед тремя посольскими каретами, другая за ними. Периодически несколько конников скакали вровень с экипажами, будто прикрывали их, ожидая нападения с минуту на минуту.

Но пусть так, чем встретить опасность неготовыми к ней. Тем более что общая скорость не замедлилась. К вечеру посольство будет на новом постоялом дворе – он впереди, в дневном переходе от прежнего, а в полдень обещан небольшой привал.

Дабы самим размяться и дать немного отдыха лошадям.

Эван вытянула ноги. Скорей бы привал. Полдень уже наступил.

– Что, лисонька, на травку хочется? – экономка с прищуром посмотрела на Эван.

– Да, фрау Джора, хочется, – ответила девушка.

– А спать ночью надо было! – экономка сердито покосилась на сидевшую подлее нее ученицу.

– Но как же! – возразила принцесса Илвет. – Где связь между желанием размять ноги и ночным сном?

– Я тоже не понимаю, – пробормотала Тиамет и по-мужицки хрустнула шеей.

 – Причем тут сон?

– Кабы спали ночью, то не маялись бы и не елозили задницами, не ведая, куда их пристроить, – укоризненным тоном произнесла фрау Джора. – И вообще! Приличные девицы так себя не ведут.

– Как так? – Тиа недоуменно посмотрела на улыбающихся подруг. Понятно, что надо было спать, но в чем еще она провинилась?

Эван не знала, как Илвет, а ее по-прежнему забавляло возмущенное пыхтение и косые взгляды фрау Джоры, которых удостоилась не только Тиамет, но и две другие ученицы – может, оттого, что уж больно смешным сталось лицо экономки, когда ее снова наполнил праведный гнев.

Фрау Джора наполнила легкие воздухом, чтобы обрушить новую обвиняющую тираду – теперь на безмозглых куриц. Да открыла рот лишь для того, чтобы громко клацнуть зубами. Карета наехала на очередную кочку, отчего вновь тряхнуло и гораздо сильней, чем прежде.