Маригрот

Царь медленно нарисовал когтем огненный знак в воздухе, и посвящённые хором ахнули, непроизвольно отпрянув от проявившегося электрического потока.

– Полусий, замечания твои разумны. В обычного маригротца и за 12 сильетов всех знаний не вложишь, поэтому даже лучшие из лучших не всегда возвращаются. Но ведь он необычный… – проговорил дракон, оборачиваясь к Игорю. – Покажи свои запястья Совету.

Мальчик вытянул руки вперёд, и дракон медленно когтем начертил в воздухе знак бесконечности. На запястьях Игоря вмиг вспыхнули четыре нити: золотая, красная, серебряная и чёрная.

Зал вновь загудел: «Это невозможно!», «Нить Лои!», «Нить Кнэфа!», «Такого не может быть!»

Старогдос поднял коготь, и разгорячённые посвящённые мгновенно притихли.

– Да, этот отрок кроме своих нитей имеет ещё нить посвящённого Марда и нить наследницы рода Альфы, – протяжно молвил Царь драконов.

– Но, великий царь, – обратилась к дракону Феба, – это невозможно! Маригротец, оставшийся без нити, тут же оказывается на Планете Духов.

– Да, за всё существование Маригрота такого не случалось. Лоя не смогла бы повязать свою нить! – подхватил её слова один из посвящённых в белом облачении.

– Более того, как только нить сошла с запястья, звезда Лои засияла на небе Маригрота, – не сдавалась Феба.

Дракон широким взмахом лапы превратил огненный шар, в котором ещё совсем недавно был Игорь, в мыслеформу.

Обессиленная Лоя лежала и со страхом наблюдала за врачами, суетившимися около новорожденного. Ребёнок не дышал.

Вдруг пульс молодой женщины начал учащённо биться, и запястье её левой руки обвила появившаяся из неоткуда красная светящаяся нить.

«Нет, только не это! Кнэф!» – закричала она, из глаз покатились слёзы.

Лоя подняла руку и начертила в воздухе формулу. Всё вокруг неё застыло. Она сползла с кушетки, прошла мимо замерших врачей и склонилась над малышом. Над её головой мелькали светящиеся формулы. Сняв с запястья красную, только что появившуюся нить Кнэфа, и свою, серебряную, она нежно повязала их на запястья новорожденного.

Над маленькими ручками сверкнули личные печати Лои и Кнэфа, но ребёнок всё равно не дышал. Упав на колени, женщина запрокинула голову и обратилась в мольбе к небесам: «Великий Мардрагор, спаси наше дитя».

Вдруг белая стена напротив Лои пошла рябью, задрожала и растаяла. К ребёнку подошёл седовласый старец, в котором посвящённые мгновенно узнали Мардрагора, исчезнувшего несколько тысячелетий назад…

Сидящие в зале ахнули.