Маригрот

На ступенях каменной беседки, склонив перед Царём драконов голову, уже стоял Роги. Он дотронулся когтем до лба Игоря, и в ушах мальчика зазвенел всё тот же звонок. Отрок снова оказался в Звездочётной башне. Школяры вокруг собирали записи в колбы. Вдруг перед Игорем материализовался господин Дрю.

– Игорь, вам надлежит немедленно явиться в зал посвящения. Как дежурный учитель по школе я доставлю вас туда, – отрапортовал Дрю. Он взял мальчика за плечи и как будто вытряхнул его в центр многолюдного гудящего зала.

Глава 8. Совет посвящённых

Наступила мёртвая тишина. Присутствующие с интересом разглядывали юношу. Игорь с не меньшим любопытством обвёл взглядом зал посвящения.

Зал представлял собой огромную сверкающую сферу. Его стены были сотканы из миллиардов тончайших нитей, сплетавшихся в филигранную паутину. Разноцветные нити трепетно мерцали, наполняя помещение тревожными сполохами. Каждые несколько секунд на ажурной поверхности вспыхивали новые и таяли десятки старых, из-за чего казалось, что окружающее пространство непрерывно плетётся и обновляется.

Посередине сферы зигзагами пульсировал электрический поток, разделявший внутреннее пространство на две равные части. Игорь мгновенно узнал холодное дёрганное свечение, испускаемое этой странной рекой из искр и света. Точно такой же свет просачивался через пролом в белой зале, где он впервые встретил Аэрию и Тизиана.

С одной стороны от сверкающего щита в парящих в воздухе прозрачных креслах восседали 13 посвящённых в кипенно-белых мантиях с изображением звезды Альфарды, с другой – 12 посвящённых в ярко-алом облачении с золотым гербовым драконом рода Мардрагора.

В самом сердце зала посвящения горел огненный шар, в котором и оказался Игорь после нерадивого перемещения, организованного господином Дрю. Золотистое пламя игриво лизало подошву его кроссовок.

– Господа посвящённые, я потребовала срочного созыва Совета для обсуждения дальнейшей судьбы сына Кнэфа и Лои, – раскатисто зазвучал шёлковый голос Аэрии.

«И это всё я?» – пронеслось в голове мальчика.

Аэрия продолжала перечислять его родовые титулы. Игорь же внимательно вглядывался в лица тех, кому было доверено решать его дальнейшую судьбу.

Все примерно одного возраста: на вид от 25 до 35 лет.