Маригрот

Последний раз на Маригроте я был почти 14 лет назад. Моими наездниками были Дим и Вик.

Дракон с задумчивой улыбкой откинулся на спинку стула и уставился в одну точку, вероятно, что-то вспоминая.

– Поэтому госпожа Нейт удивилась моей формозащите! – обрадовался Игорь. Наконец-то детали пазла начинали складываться в единое целое.

– Ну, конечно, меня не было столько сильетов, и тут я выбираю какого-то новенького! – ответил дракон, возвращаясь мыслями к их разговору.

– Понятно. Так ты ещё хочешь увидеть моих родителей? – лукаво произнёс Игорь.

– Да… – тихо ответил дракон.

Игорь задумался…

Май, раннее утро, около пяти часов. Отец навис над его постелью: «Игорёк, просыпайся, рассвет проспишь». В своей спальне хныкает Варька. Мама что-то тихо ей объясняет. Они медленно бредут в сторону Финского залива. Варька удобно устроилась на руках отца и спокойно спит, уткнувшись в его плечо. Игорь вздыхает, втайне завидуя маленькой сестрёнке. Предутренняя тишина, и слышен лишь плеск волн, набегающих на прибрежные камни.

Вдруг слабый золотистый луч пробивается сквозь ночь, становится всё ярче и ярче, небо наливается сочным малиновым цветом. Отец тихонько целует сестру: «Варя, пора, просыпайся». Мгновение – и вот оно: залив и небо вспыхивают пламенем зари.

Мама прижимается к папе, обнимая рукой Игоря. Варька, ерзая у отца на коленях, широко открытыми глазами смотрит на огненный восток. А солнце тем временем медленно выплывает из-за горизонта, заливая всё вокруг буйством красок.

В уголке глаза Роги блеснула слеза. Не отрываясь от мыслеформы, он отправил её когтем обратно.

– Кто это чудо? – не оборачиваясь, спросил дракон.

– А, это моя младшая сестра Варвара, – беззаботно ответил Игорь, глядя на малышку в облаке мыслеформы.

– Так это Вар-вар-а… – прошептал дракон, и из его глаз хлынул поток янтарных слёз.

Игорь замер. Подползая к краю подбородка дракона, слёзы вдруг взлетали в воздух, кружились в танце, а потом взрывались тысячами разноцветных искр.

– Роги, – позвал его мальчик.

Дракон очнулся, поймал скатывающуюся слезу и вернул её обратно в свой янтарный глаз.

– И много я слёз потерял? – обратился он к мальчику.

– Штук пять. Возможно, шесть, – ответил ему Игорь.

– Старею, становлюсь сентиментальным, – хлюпая носом, хмыкнул дракон, – а можно я заберу эту мыслеформу себе?

– Конечно! – легко согласился Игорь.