Другая сторона

Она и два ее конвоира в темных деловых костюмах и солнцезащитными очками на глазах шли к главному корпусу базы, на ступеньках которого замерли я и Дмитрий.

Этим именем назывался лысый оперативник, появившийся в моей жизни во время задержания и, кажется, он не собирается покидать меня. По меньшей мере, в ближайшие несколько дней точно в покое не оставит.

– Поговорить наедине? – спросил он и со значением посмотрел на серый пластиковый ремешок на моем правом запястье.

Этот ремешок я не имею права снимать со вчерашнего вечера.

Он отслеживает местоположение и показатели моего самочувствия, а также подслушивает все, что говорю. Получается, что разговор наедине будет таковым весьма условным. Но хотя бы без пригляда внимательных глаз! Может быть, в течение нескольких следующих минут я перестану чувствовать себя пленником… Лишнего шага нельзя сделать без сопровождения Дмитрия либо одного из двух других оперативников, приставленных к моей персоне.

– Наедине, – повторил я.

– Как пожелаешь, – сказал Дмитрий, – можешь отойти с ней в сторонку.

– Понял.

Внутри кипела злость. Чтобы я ни делал, на все требовалось согласие сопровождающего. Спасибо, что спать разрешили одному в комнате. Ходить в душ и туалет тоже можно без сопровождения. Но, как сказал Дмитрий, находиться в душе и туалете я могу не дольше необходимого. Черт бы побрал этого Дмитрия!

Через коммуникатор на руке в виде часов оперативник приказал оставить девушку одну. Прибывшие почти добрались до главного корпуса, и Зара увидела меня.

Показалось, что она была рада узнать, что я здесь, и не ошибся. Когда спустился к ней, Зара повисла у меня на шее.

– Как же здорово тебя видеть, – прошептала она, продолжая обнимать.

– Ты знаешь, что это за место?

– Нет, – девушка отступила на шаг и огляделась. – Военный городок, какой-то. Но все, что я знаю – это то, что арестована. Только мне ничего не говорят кроме того, чтобы не снимала вот это.

Зара показала на пластиковый ремешок на своей руке.

– Ой, – пискнула она, – у тебя такой же.

– Он самый.

Девушка схватилась за ремешок пальцами левой руки, словно вознамерилась разорвать пластик, но это не получится. Я уже пробовал. Ночью, когда был один.

– Думаю, – сказала Зара, – в нем маячок, чтобы следить за мной.

– Так и есть. Через него еще и подслушивают.

Зара зашипела, пытаясь сорвать ремешок, а затем с укором посмотрела на меня.

– Почему ты так спокоен? – спросила девушка. В ее взоре был неприкрытый гнев.